Архив Шерлока Холмса. Сыскная полиция (сборник)

— Ну конечно, я его помню, — сказал я, откладывая письмо. — Большой Боб Фергюсон, лучший трехчетвертной за всю историю Ричмонда. Он отличный парень. Так переживать из-за друга в его духе.

Холмс пытливо посмотрел на меня и покачал головой.

— Никогда не знаешь, чего от вас ожидать, Ватсон, — промолвил он. — В вас постоянно открываются все новые, и новые, и новые грани… Будьте другом, пошлите ему телеграмму:

«С радостью рассмотрим ваше дело».

— «Ваше» дело?

— Нужно, чтобы он понимал, что наше агентство — не приют для умалишенных. Конечно же, это его дело. Пошлите телеграмму, а к делу приступим завтра.

На следующий день ровно в десять часов утра к нам в комнату вошел Фергюсон. Я помнил его высоким, поджарым молодым человеком со свободной походкой, который отличался способностью моментально менять скорость бега, что позволяло ему обходить даже самых опытных защитников. Но что может быть горше, чем встретить полностью утратившего форму бывшего отличного спортсмена, которого ты знал во времена его взлета! Его атлетическая фигура как будто ссохлась, грудь впала, плечи опустились, а льняные волосы значительно по редели. Боюсь, что я вызвал у него примерно такие же мысли.

— Рад вас видеть, Ватсон, — произнес он густым добродушным голосом. — А вы уже не тот парень, которого я как-то швырнул в толпу зрителей на поле Олд-дир-парка. Наверное, и я немного изменился. Но это последние два дня меня так состарили. По вашей телеграмме, мистер Холмс, я понял, что мне нет смысла делать вид, будто я выступаю от имени другого лица.

— Всегда проще вести дело напрямую, — сказал Холмс.

— Конечно, конечно. Но вы должны понять, как нелегко видеть, что такое происходит с женщиной, защитником и помощником которой ты должен быть. Что мне делать? Идти с этим в полицию? Кто мне поверит? Но детей нужно защитить. Может быть, это безумие, мистер Холмс? Может, это у нее в крови? Ради всего святого, посоветуйте, что мне делать, ведь я в тупике.

— Это вполне естественно, мистер Фергюсон. Прошу вас, присядьте, возьмите себя в руки и ответьте на несколько моих вопросов. Могу вас заверить, что я никакого тупика не вижу и не сомневаюсь, что нам удастся найти решение. Во-первых, расскажите, что вы предприняли. Ваша жена все еще находится рядом с детьми?

— Произошла ужасная сцена. Она очень любящая и преданная жена, мистер Холмс. Если когда-нибудь женщина любила своего мужа всем сердцем и всей душой, то это она. Для нее было настоящим ударом, что я узнал об этой ужасной… об этой ужасной тайне. Она ничего не сказала и даже не стала отвечать на мои упреки, только смотрела на меня испуганными, полными отчаяния глазами. Потом бросилась в свою комнату и заперлась там. После той сцены она отказывается меня видеть. У нее есть горничная, которая была с ней еще до свадьбы, Долорес ее зовут… Скорее подруга, чем служанка. Она носит ей еду.