Арктические походы Джона Франклина

Большое удивление вызвало полное отсутствие льдов в проливе Бэрроу. Отмечая этот исключительный факт, Мак-Клинток называет весь свой поход «исключительным плаванием». Мало кто заглядывал в то время в эту область так часто, как именно Мак-Клинток. Тем более интересно его рассуждение по поводу необыкновенно благоприятных условий плавания в проливе Бэрроу в этом году. Приводим эту короткую любопытную справку полностью: «В это же время года, но на двенадцать дней позже, в 1850 году, когда я командовал кораблем «Помощь», мы достигли острова Бичи, преодолев на своем пути значительные трудности. Тогда наше внимание привлек гурий, стоявший на вершине острова. Капитан Оммени сошел на берег и открыл первые следы погибшей экспедиции. На следующий день прибыла американская шхуна «Спасение», днем позже к нам присоединился капитан Пенни, а затем последовательно — капитан Остин, сэр Джон Росс и капитан Форсайт — в общем здесь собралось целых десять судов. Как раз в этот день, но уже шесть лет тому назад, когда я командовал «Неустрашимым», мы отплывали отсюда по направлению к острову Мельвиля вместе с «Решительным». Я был здесь снова в 1854 году на «Северной Звезде», и мы сомневались тогда, что нам удастся освободиться от льдов».

Итак, лето 1858 года было необыкновенно благоприятным в ледовом отношении. Необходимо было не упускать момента и спешно продолжать плавание. В ночь на 16 августа Мак-Клинток вышел с острова Бичи и вечером этого дня был уже у мыса Готэм, на восточном побережье Веллингтонова канала, в месте стыка его с проливом Бэрроу. Бывший здесь продовольственный склад оказался разрушенным и разворованным медведями. Мак-Клинток захватил с собой только две уцелевшие лодки. Отсюда «Фокс» повернул по чистой воде на юго-запад к проливу Пиля. Мак-Клинток рассчитывал по этому проливу — как по самому близкому пути — пробраться к Земле короля Уильяма.

Уже через сутки экспедиция находилась у входа в пролив. Весь экипаж высыпал на палубу, люди были «в состоянии неописуемого волнения, переходя от надежды к опасениям». В течение следующего дня «Фокс» тоже не встретил никаких препятствий, но к вечеру, когда по проливу было уже пройдено около 25 миль, оказалось, что судно попало как бы в глухой переулок: пролив был в своей южной, более узкой части, загроможден сплошным льдом. Поэтому пришлось повернуть обратно. Хотя лед был здесь только годовалый, но Мак-Клинток рассудил, что разумнее будет не ждать, возможно понапрасну, когда он разойдется, а вместо этого сделать попытку проникнуть в западную часть моря через пролив Белло.

На переход к порту Леопольда, расположенному при входе в пролив Принца Регента, были затрачены только одни сутки, и 19 августа ночью «Фокс» бросил здесь якорь. При осмотре места зимовки Джеймса Росса было обнаружено, что построенный им дом почти совсем развалился, а провиант как будто сохранился в целости. Ввиду того, что у Мак-Клинтока не было полной уверенности в проходимости и даже существовании пролива Белло, он чувствовал себя значительно спокойнее, зная, что в случае необходимости возвращения он найдет здесь надежный и обильный склад.

Пролив Принца Регента был тоже свободен от льда, и переход по нему к бухте Брентфорда, расположенной у входа в пролив Белло, был совершен беспрепятственно и быстро. По пути экспедиция остановилась на мысу Фьюри и удостоверилась здесь в существовании знаменитого склада, основанного еще Парри.

21 августа «Фокс» подошел к проливу Белло и в тот же день прошел по нему 8 миль, то есть позади осталась половина пролива. Но дальше в проливе на протяжении 5–6 миль скопился плотный, тяжелый паковый лед — серьезнейшее препятствие к дальнейшему продвижению. «Не сомневаясь в том, что этот пак должен быстро рассеяться, — говорит Мак-Клинток, — мы были полны горделивой надежды и радовались возможности отдохнуть в безопасности в удобной бухте. Мы чувствовали какое-то особое спокойствие и удовлетворенность».

«Однако, — продолжает он тут же, — нам пришлось скоро убедиться в превратности судьбы: мы обнаружили, что нас относит вместе со льдом в восточном направлении. С каждой минутой скорость движения увеличивалась, и вскоре мы были испуганы, увидев около себя донный лед, но быстро пронеслись мимо него со скоростью около 6 миль в час на расстоянии 200 ярдов¹⁵ от скал, о которые мы могли разбиться в одно мгновение. Ледяные массы были обширны, льдины с силой ударялись одна о другую, и мы были рады, когда нам удалось отделаться от этого опасного соседства и снова бросить якорь в той же бухте. Мы оставили здесь большие запасы продовольствия и сообщение о наших успехах, так как теперь уже с некоторой уверенностью можно сказать, что мы пройдем через несколько дней в западное море».