Арктические походы Джона Франклина

«Мы приобрели здесь у эскимосов сани, найденные Мак-Клинтоком в бухте Эребуса вместе с лодкой и несколькими скелетами. С тех пор, как сани попали к иннуитам, размер их сильно уменьшился, так как последние несколько раз обрубали отдельные их части. В первоначальном своем виде сани были на семь футов длиннее, а их полозья на два фута выше. Но и в настоящем виде они представляли большой интерес. Мы заботливо сохранили их такими, какими они были на службе у эскимосов в течение многих лет.

«Продолжая путь, мы встречали других эскимосов того же племени на расстоянии от 6 до 10 миль вдоль берега, пока не достигли мыса Сифорз, где переправились на Землю короля Уильяма, предполагая пробыть там до сентября».

Таким образом, к началу июня 1879 года экспедиция Шватки оказалась в виду своей цели — Земли короля Уильяма. Такой результат должен был показаться самим участникам похода прямо-таки блестящим, особенно при сравнении с тем, чего с таким трудом удалось добиться их предшественнику— Холлу. Необходимо отметить, что не только превосходное снаряжение, личный энтузиазм и выдержка Шватки и его спутников были причиной этого успеха, но и умелый выбор отправной точки и направления похода, равно как и удачная расстановка сил внутри экспедиции. Шватка пошел к своей цели новым путем, оказавшимся- нелегким, но зато верным. При этом Шватка, несмотря на свою недостаточную опытность в арктических путешествиях, прекрасно понял значение своевременного выступления в поход. Действительно, его расчет времени блестяще оправдал себя, так как через материк отряд его прошел по снегу, а к Земле короля Уильяма поспел как раз в период его интенсивного таяния под действием лучей летнего солнца.

Джильдер начинает свой рассказ о походе Шватки ка Землю короля Уильяма радостным, гордым заявлением: «На пути отсюда мы добились результатов величайшей важности».

Вечером 4 июня путешественникам повстречался молодой эскимос по имени Адлекок, который обнаружил прошлым летом новый гурий, сооруженный белыми близ реки Пфеффер; этого гурия иннуиты раньше не видели. Около него было три могилы и место стоянки, где Адлекок нашел металлические очки для защиты от снега, которые Шватка купил у него. Он решил немедленно направиться к указанному эскимосом месту, опасаясь, что эскимосы, обнаружив гурий, могут разграбить его. На следующий день Шватка вместе с Джильдером отправился туда на легких санях. Тулуа правил запряжкой, а Адлекока они взяли с собой в качестве проводника. С ним была дневная порция продовольствия на тот случай, если бы пришлось там заночевать. Выступили при противном ветре, перешедшем в шторм. Было видно только то, что находилось в непосредственной близости от саней, и все же проводник сумел доставить их до места назначения. При этом двигались по гладкой ледяной поверхности и прошли расстояние в 25 миль, ни разу не уклонившись в сторону, несмотря на отсутствие каких-либо знаков, которые указывали бы направление. Тулуа шел с безошибочным инстинктом собаки, пока отряд не оказался на западном берегу реки Пфеффер.

Прибыв к месту, где стоял гурий, Шватка убедился, что он был действительно сооружен белыми, но прежде чем приступить к его разрушению, он решил тщательно осмотреть его. На одном из камней оказалась нацарапанная концом острого инструмента надпись:

и на противоположной стороне: «Вечная слава открывшим Северо-зап…»

Прочитав эту надпись, они поняли, что гурий был сооружен их соотечественником Холлом над останками двух участников экспедиции Франклина, которые были им здесь найдены. Часть надписи была утрачена, так как отломился кусок камня, на котором она была сделана. Шватка оставил памятник в неприкосновенности, сделав с него только набросок, и возвратился в лагерь, пройдя 50 миль в 10 часов.

У места стоянки была обнаружена сосновая доска, по-видимому, оторванная от деревянной скамейки. На доске были буквы «LF», составленные из медных гвоздиков. Подняли доску на западном берегу полуострова Аделаиды, около которого затонул корабль, дрейфовавший через пролив Виктории. Благодаря этой доске можно было впоследствии усыновить, какое именно судно здесь погибло.

«На следующей остановке, последней на материке, — рассказывает Джильдер, — мы встретили старую эскимоску Туктучир, вдову Пуетта, одним из первых посетившего место, где была найдена лодка, которую мы видели несколько дней тому назад. Однако нас ожидало на этот раз разочарование, так как память уже «сильно изменяла старухе и она путала места и события. Ее сын, присутствовавший при беседе, был мальчиком 12 лет, когда вместе с родителями посетил то место, где была найдена лодка, и он сохранил об этом живое воспоминание. Следовательно мы могли раздобыть от него те сведения, которые ожидали получить от его матери.

«Пока он говорил, старуха, кивая головой, подтверждала все обстоятельства, о которых он рассказывал и которые постепенно воскресали в ее памяти.