Армагеддон завтра (учебник для желающих выжить)

Что мы видим из этого всемирно известного определения? А видим мы, что федерация – это когда субъекты объединяются между собой, образуя наряду с имеющимися у них властными органами ещё и федеральные, для выполнения некоторых функций в общих интересах. Так вот, сегодня на наших родных просторах нет никакой федерации. Просторы разделены на «субъекты», каждый из которых объединяется не друг с другом, а с неким Центром, который вообще не является субъектом Федерации, но при этом стоит выше любого из них или даже их всех, вместе взятых. И центральные органы власти не создаются наряду с имеющимися в «субъектах», а наоборот, подавляют их.

А вот в старину федерация у нас как раз была, и демократия была. В уездах вечевые соборы выбирали князя; князья выдвигали великого князя, и более высокого уровня вече утверждали его. Из тех, кто княжил в великих княжествах (Смоленском, Владимирском и т. д.) выдвигался Великий князь всея Руси. Престол его сначала был в Киеве, а потом перешёл во Владимир-на-Клязьме.

Этот переход проиллюстрировал разницу стилей правления, – с одной стороны, принятого в юго-западных землях Руси, с другой – необходимого на северо-восточной Руси. Суть в том, что в более тёплых, нежели Владимирщина местах, делами управляли бояре, собираясь на своё вече. Князья воевали за право быть представленными на выборах. Это была, с позволения сказать, ярмарка претендентов. Затем следовало утверждение князя боярством, и боярство же могло его свергнуть и позвать кого-то другого. В итоге князь не был самовластен в своей деятельности, а простой народ так и вовсе прав не имел.

А на северо-востоке, хотя здесь (до поры) тоже бояре тоже выбирали князя, он дальше не оглядывался на боярство, зато мог прямо апеллировать к народу. Тут княжеская структура приобретала преимущество перед боярской. И в дальнейшем в этих землях демократическое волеизъявление имело место, но выборы, а с переходом власти к Москве, стали исключительно сословными. На сословном Вселенском соборе, с делегатами даже от крестьянства, был выбран на царство первый Романов, Михаил.

Кстати, институт вселенских соборов никогда и никем не был отменён. Всё, что нужно нам с вами помнить (если захотим возродить эту практику) – не допускать к выборам никакие партии, как это было сделано, например, при попытке организовать Учредительное собрание в 1917—1918 годах. Политика должна быть персонифицирована: только прямые выборы кандидатов от народа в любые органы.

Реальный федерализм предполагает, что властная пирамида строится не сверху, а снизу – от народа, от регионов. Граждане формируют власть в равноправных регионах. Регионы, объединяясь между собой, вырабатывают федеральную власть, передавая ей необходимый минимум полномочий. По нашему мнению, за Центром должны быть: Верховный суд, Федеральный розыск и контрразведка, эмиссия денег, иностранные дела, армия, погранвойска и таможня, железнодорожный транспорт и связь, установление технических и социальных стандартов. Все остальные вопросы должны быть в ведении регионов.

Конституция подлинно федеративной России должна основываться на принципе, что все субъекты РФ равны с юридической точки зрения, играют одинаковую роль в управлении Федерацией и пользуются максимальной свободой во всех делах, кроме тех, которые переданы ими Центру. В отношениях Центра с регионами должно быть установлено максимально возможное уменьшение администрирования с одновременным усилением роли экономики. Соответственно, общих принципов (статей) Конституции должно быть минимальное количество. Вообще на федеральном уровне должны приниматься только рамочные законы, ибо только в региональном законодательстве можно учесть историческую и современную специфику субъектов Федерации: социально-политические условия, экономическое положение, географические и почвенно-климатические характеристики, культурно-духовные и этно-национальные факторы.

Те же соображения – в смысле, об обращении к старинному опыту, – можно привести, говоря о проекте «отрицательных денег», или горячих бонов. Мы выше достаточно подробно рассказали об этом опыте. Напомним: денежная система, содержащая процент на деньги, автоматически разделяет человечество на обирателей и обираемых. Первые – это очень узкая прослойка сверхбогатых людей, вторые – это все остальные, вовлечённые в денежные отношения, а отнюдь не только те, кто берёт кредиты. Процентная «дань» неизбежно входит во все цены на все товары и услуги. Более того, ежегодная инфляция имеет своей причиной банковский процент.

Не отменяя таких денег, и не требуя преследования ростовщиков, – вообще не выступая против чего бы то ни было, можно вводить региональные дополнительные деньги – без процентов, или даже с платой за простой (демерредж). Опыт Европы XI—XII веков, опыт времён Великой депрессиии, да и некоторый современный тоже показывают, что выживание сообществ увеличивается.