Армагеддон завтра (учебник для желающих выжить)

Мало кто знает, что деньги, которые лежат в банке на счетах, это всего лишь квази-деньги, своего рода денежные деривативы. В американский банк принесли 100 долларов – банк открывает депозит и, в соответствии с требованием ФРС о 10 %-ной норме резервирования, выделяет 10 долларов как резерв под этот депозит. Остальными 90 долларами он волен распоряжаться как угодно – дать кредит, положить на депозит в другой банк или купить облигации. Кредитополучатель потратит деньги, например, на приобретение оборудования, так что эти 90 долларов в конце концов получит продавец оборудования, который разместит их на своём счету в банке. Продавец облигации сделает то же самое – и, таким образом, в любом из трёх вышеперечисленных случаев эти 90 долларов снова будут размещены разными людьми, которым они достались, на банковских депозитах. Банки снова выделят в качестве резервов под них 10 %, а остальное опять пустят в работу. И т. д. – легко видеть, что, изначально имея в распоряжении реальных денег («наличных») всего 100 долларов, банковская система устроила с их помощью «депозитных денег» на сумму 1000 долларов (так называемый «денежный агрегат М3» или «широкая денежная масса»): такой механизм называется денежным мультипликатором.

Каждый владелец депозита уверен, что у него на счету лежат именно деньги, а не какой-то суррогат, а в реальности это просто банковские обязательства выплатить клиенту определённое количество наличных денег в заранее оговорённый срок. Но ведь это определение и фьючерса (если обязательство безусловное, то есть депозит безоговорочно закрывается при истечении его срока), и опциона (если обязательство вступает в силу лишь при желании клиента, а иначе продлевается), т. е. производного финансового инструмента или «дериватива».

Теперь, если кто-то придёт в банк и закроет свой депозит, унеся из него 100 долларов наличными, то вступит в силу «обратный денежный мультипликатор»: банк, чтобы дать эти денег, продаст свои облигации. Их покупатель вынужден тоже что-то продать, дабы найти денег на покупку и т. д. – в итоге изъятие человеком 100 долларов наличных денег из банковского оборота повлечёт за собой снижение «депозитной денежной массы» на 1000 долларов. Когда таких людей становится много («паника вкладчиков»), широкая денежная масса резко валится, порождая банковский кризис ликвидности, крах рынков разных активов, а в худшем случае ещё и дефляционный коллапс экономики в целом.

Второй, более болезненный вид – кризис перепроизводства. Ради сохранения высоких цен капиталисты уничтожают избыточный продукт, хотя в нём есть нужда в обществе. Причём, чтобы удержать цены на уровне, который устроил бы капиталиста, зачастую уничтожают с избытком. Здесь надо помнить, что для капиталиста не существуют нужды общества, если за их удовлетворение общество не может заплатить! Таким образом, этот вид кризиса – самый затратный, так как приводит к уничтожению материальных ресурсов и затраченного человеческого труда.

Для таких кризисов характерны перегрев экономики и перепроизводство. Рассмотрим эти категории подробнее.

Перегрев экономики – это ситуация, при которой темпы экономического роста приобретают взрывной неподконтрольный характер, в результате чего производство, поглотив все ресурсы частного и государственного сектора, близко подходит к черте, за которой дальнейший рост невозможен, и начинается резкий спад.

Перегрев обычен для стран с неустойчивой экономикой, а также стран, имеющих узкую специализацию, особенно в случаях, когда рост ВВП составляет 8-12 % ежегодно на протяжении двух-трёх лет подряд (как Китай, Индия, Бразилия). Перегреву предшествуют чрезмерное финансирование экономического роста, перекредитование, избыточное вложение государственных средств в экономику. Как правило, угрожающие размеры принимают дефицит госбюджета и инфляция, внешнеторговый баланс всё больше уходит в минус или резко сокращается. Чем ближе спад, тем более предпочтительными становятся вклады в реальный сектор экономики – например, в недвижимость, а не в финансовые инструменты (облигации, акции и т. д.). Но избежать спада не удаётся, потому что большинство промышленных предприятий к этому времени почти полностью исчерпывают свои ресурсы, и людские, и материальные, и научно-исследовательские. Они и так работают на пределе своих возможностей.