Армагеддон завтра (учебник для желающих выжить)

Пик добычи нефти: Ливия – 1969, США – 1970, Иран – 1973, Румыния – 1976, Тринидад – 1977, Бруней – 1979, Перу – 1981, Северная Америка в целом – 1984, СССР – 1987, Египет – 1993, Оман – 2002, Йемен – 2002. В Венесуэле пика ждут после 2005-го, на Каспии около 2010 года, в Саудовской Аравии и Ираке после 2011-го, в Объединенных арабских эмиратах в 2017-м, в Кувейте в 2018-м. Затем повсеместный обвал. Разведанная и законсервированная «про запас» нефть на Аляске даст США отсрочку не более чем на два года.

Интересно, что вследствие эмбарго на торговлю с Ираком для него критическая дата может наступить несколько позже: судьба любит криво улыбаться! Однажды Ираку, чья прибыль на 99 % зависит от экспорта нефти, не у кого будет покупать продовольствие, потому что к тому времени другие страны не смогут производить его с избытком.

Никто не купит нефть, никто не продаст еды…

Накануне краха, как и в случае с водой и почти всеми другими ресурсами, нарастает их потребление. За последние 30—40 лет применение ископаемой энергии в различных секторах экономики США выросло от двадцати до тысячи раз! Рост идёт и в прочих странах с быстро растущим населением. Скажем, Китай по сравнению с 1955 годом в сто раз увеличил потребление нефти в производстве сельскохозяйственной продукции. Штаты, конечно, отличаются расточительностью.

В 1997 году Америка ввозила 60 % нефти от всей потребляемой, используя её в полтора расточительнее Европы, и в два раза – Японии. В основном роскошествуют граждане: в среднем один американец расходует на себя нефти в 20—30 раз больше, чем жители развивающихся стран. Особенно много тратят на поездки в автомобилях. А ведь это крайне нерационально: всего 1 % энергии, заключённой в бензине, идёт на то, чтобы везти водителя, и около 15 % затрачивается на перемещение самого автомобиля. Остальное теряется зря.

Дональд Ходел, бывший помощник Рейгана по энергетике, сказал: «Мы, как лунатики, идём к катастрофе». Это точно.

…Помимо основных источников энергии (нефть, газ, уголь), бесспорно невозобновляемых, которые в настоящее время обеспечивают 80 % потребностей человечества, есть и другие, условно возобновляемые; они составляют одну пятую часть энергетического баланса.

Данные, приведённые в таблице, говорят сами за себя, но некоторые комментарии всё же нужны. Развитые страны тратят на себя 70 % производимой энергии, а развивающиеся только 30 %, хотя их население составляет 75 % общемирового. Значит, в странах третьего мира бóльшая доля работы выполняется, как и до Промышленной революции, с помощью мускульной силы человека и тяглового скота.

Ну, и заодно, глядя на таблицу, определимся с перспективами: имеется ли, чем заменить нефть и газ, в случае чего.

За пять десятилетий, прошедших с момента запуска первой мирной атомной станции, доля ядерной энергетики не только в США, но и всюду (за исключением Украины, Франции, Японии и, возможно, Израиля) не превысила того, что даёт сжигание древесины и кустарников для отопления жилищ и приготовления пищи. Вот уже четверть века, как в США не выдают разрешений на строительство новых атомных станций. Германия также пришла к решению не строить новых АЭС. В Украине закрыта Чернобыльская станция и под большим вопросом находится достройка двух почти готовых блоков АЭС. Так что ядерная экономика на спаде.

Крупный рост энергопотребления за счёт биомассы уже невозможен: лес на планете усилиями человека очень успешно уничтожается.

Гидроэнергетика практически исчерпала свои возможности; почти все гидроресурсы рек уже используются. В США из 917 млн. га суши почти 63 млн. га занято под водохранилища. Для использования резервных гидроресурсов потребуется занять дополнительно 24 млн. га земли, в основном плодородной, и если учесть, что земля под пашню уже стала дефицитной, то цена дополнительной гидроэнергии может оказаться слишком высокой. К тому же сооружение новых плотин – это усугубление и без того нарушенного равновесия в экосистемах, изменение режима грунтовых вод, дальнейшее разрушение мест обитания не только рыб, птиц и животных, но и человека.

Гидротермальные и ветровые станции – скорее экзотика, чем существенный фактор в мировой энергетике. То, что может иметь смысл для посёлков, расположенных у гейзеров, или для небольших территорий с постоянными ветрами, имеет ничтожное значение для энергоёмких производств и прочих нужд остальных государств.

Этанол – скорее побочный продукт сельского хозяйства, чем самостоятельный источник энергии. При синтезе этанола затраты на его производство на 50 % превышают энергетические возможности конечного продукта, – такая технология экономически бессмысленна.