Армагеддон завтра: учебник для желающих выжить

Если ты рядом и дети тоже,

Нет ничего на свете дороже.

Главное в жизни — семейный круг

Без расставаний и долгих разлук…

Сергей Дмитриев

Дом: деградация от прогресса

Ожидая катастрофическое разрешение тянущегося уже давно всемирного эколого-социального кризиса, не надо забывать, что, помимо «магистрального» пути развития (полной гибели) и «дополнительного» к нему (возврат в пещеры), есть и третий путь. Он реален, потому что человек имеет своё место в экосистеме и вполне может в ней существовать и дальше. Для выхода на него надо всего лишь скорректировать своё поведение.

Объясним, что это значит — «место в экосистеме». Предположим, существует некоторая трофическая пирамида без человека. В ней волки едят зайцев, зайцы едят траву, а трава «питается» от земли. Как может встроиться сюда человек? Если он решит питаться зайцами, то, чтобы не нарушить природного равновесия, он, забирая для питания некоторое количество зайцев, должен забирать и соответствующую этому количеству долю травы, которой питаются зайцы. Ему следует подумать и об интересах волков, которые остались без еды. И так далее. Иначе говоря, у человека есть своя доля в общих ресурсах, но, потребляя их, главное — не брать лишнего.

Наш «третий путь» на Земле — изменение способа нашего существования. Современные технологии позволяют жить в ладу с природой, когда человек получает достойные условия жизни и в то же время кардинально снижает своё негативное воздействие на природную среду. Человеку надо (а) развернуться лицом к природе и, (б) изменив параметры финансовой системы, (в) заставить хозяйство служить не финансовым, а общественным интересам.

О чём идёт речь?

Речь идёт о доме.

Пункты «а», «б» и «в», если изложить их чуть-чуть научнее, должны звучать так: надо заняться экологией и экономикой. В этих словах «эко» в переводе с греческого как раз и означает «дом». Наш дом — как планета в целом, так и жилище каждого из нас — разрушен безудержным прогрессом. Стремление взять у природы её богатства и потратить их на себя сходно с поведением нерадивого крестьянина, который, чтобы протопить избу зимой, выдёргивает из стены брёвна и кидает их в печь. Скоро ему протапливать будет нечего и нечем.

Человек, посмотрев, где и как

он живёт, должен бы ужаснуться и срочно переменить свой образ жизни! То, что искусственные постройки — города и дороги — на громадных площадях замещают собою природу, ещё полбеды. И урон, который современная жилая застройка непосредственно наносит окружающей среде, — только десятая часть истинных потерь. Если посмотреть шире, окажется, что на единицу ресурсов, потребляемых собственно в домах (вода, энергия), обслуживающие города системы тратят вдесятеро больше!

То же самое и с отходами: кажется, что их очень много, а на самом деле их СТРАШНО много.

По мнению Ю. Н. Лапина,[85] от нашего «прогрессивного» жилья происходит до трети всего ущерба, наносимого природе цивилизацией. А если учесть производство товаров потребления, связанных с обустройством жилища, — и до половины, а то и поболее. В свете этих данных, кстати, политика защитников природы, протестующих против промышленных загрязнений, выглядит противоречиво и непоследовательно: ведь они не спешат отказаться от горячей воды, электричества и канализации в своих квартирах. И собственно, не предлагают альтернативы.

А мы предложим. Для решения многих проблем всего-то и надо, что учесть опыт предков и умножить его на мощь современной науки.

Старинное сельское жильё в целом было вполне пристойным. Дом не отгораживал человека от окружающей природы, предлагал физический труд по самообслуживанию, позволял вести более или менее здоровый образ жизни, или, как говорят сейчас, жить в соответствии с идеологией «естественного» здоровья. Но имелись и недостатки: отсутствовали бытовые удобства и соответственно не обеспечивались хорошие санитарно-гигиенические условия; физический труд был чрезмерно велик. Зато устойчивая и большая семья уберегала человека от психических перегрузок, обеспечивала преемственность культуры и высокий уровень социальной защиты.

Позже, с началом расслоения общества на бедных и богатых, жизнь деревни ухудшалась, чему есть неоспоримые свидетельства, но многие положительные черты оставались неизменными.