Атлантида и другие исчезнувшие города

Троя лежала у входа в пролив Дарданеллы, через который из Эгейского моря можно пройти в Мраморное и далее, через Босфор, — в Черное море. Контролируя переправу через пролив, жители Трои держали в руках торговлю между Европой и Азией. Но дело не только в стратегическом положении этой точки, а еще и в особенностях местной розы ветров и течений. Чаще всего здесь дует норд-ост, мешающий парусным судам войти в пролив. В ту же сторону направлено и течение из Дарданелл. И лишь изредка задувает зюйд-вест, позволяющий войти в пролив кораблям, еще не владевшим ни в гомеровские времена, ни много позже искусством хождения под парусами против ветра, галсами. Вот почему в бухте у Гиссарлыкского холма существовал своеобразный «зал ожидания» для судов, идущих в Геллеспонт. Здесь, ожидая попутного ветра, встречались моряки, купцы и воины из разных стран Средиземноморья. Поэтому в Трое собирались все культурные и технические достижения эпохи. Когда в окрестностях еще лепили кривобокие горшки из складывавшихся ярусами глиняных колбасок, в Трое уже работал гончарный круг. Пока соседние народы еще размахивали каменными топорами, троянцы ковали бронзовые.

Вместе с богатством и властью росла и зависть соседей. Все чаще они стремились поживиться за счет троянцев. Не зря в течение одного тысячелетия ширина стен вокруг города увеличилась в пятнадцать раз. Возможно даже, что каждому поколению жителей Трои доводилось защищаться от врагов в своей «троянской войне».

Именно через Дарданеллы проходили персидские армии в Европу, а греческие — в Азию.

Скорее всего, в XII веке до н. э. троянцы не захотели пропускать греков, что и послужило причиной «той самой» Троянской войны. И только уже в VIII–VII веках до н. э., почти через 500 лет после нее, Гомер сочинил романтическую историю о том, как царевич Парис соблазнил и увез в Трою самую красивую женщину Греции — жену спартанского царя Менелая Елену, не забыв прихватить вместе с ней и изрядную долю сокровищницы пострадавшего мужа. Даже в рыцарственном XVIII веке «Илиаду» считали сказкой, поскольку мало кто верил, что для спасения красавицы спартанцы смогли организовать огромную флотилию из 1200 судов. Отсюда и сомнения в существовании самой Трои, развеянные только во второй половине XIX века Генрихом Шлиманом, обнаружившим легендарную крепость под холмом Гиссарлык приблизительно в 5 км к морю от нынешнего шоссе Стамбул — Измир.

Вопреки мнению профессиональных историков и археологов, считавших «Илиаду» всего лишь вымыслом либо предполагавших нахождение Трои совсем в других местах, Шлиман, внимательно прочитав творение Гомера, точно вышел на нужное место. Лишь позже, с развитием научной археологии, после раскопок профессионалов — немца В. Дерпфельда в 1893–1994 и американца К. Блегена в 1932–1938 годах — стало ясно, что Шлиман во многом ошибался, многое понимал неверно, да и нашел он не совсем гомеровскую Трою. Ведь Гиссарлыкский холм представляет собой «слоеный пирог»: на протяжении более чем трех тысячелетий здесь поочередно располагались поселения, разрушаемые пожарами, войнами, землетрясениями. За 100 лет раскопок обнаружено десять культурных слоев. Раскопки же Шлимана, проведенные, по современным понятиям, варварски, с уничтожением многих интересных объектов (археологи не могут простить ему ров длиной 40 и глубиной 17 м, проведенный по самому центру города), вскрыли слой примерно на 1000 лет более ранний, чем гомеровский город.

Между прочим, Гомер приводит два названия этого древнего поселения: Троя и Илион. С чем это может быть связано? При всей своей культуре жители города, по-видимому, не знали письменности — во всяком случае, какие-либо их документы не найдены. Но в середине ІІ тысячелетия до н. э. земли к востоку от Гиссарлыкского холма принадлежали могущественной хеттской державе, где письменность уже была известна. В хеттских записях времен гомеровской Трои упоминаются два названия населенных пунктов в этом районе — Вилуса и Труиса. Из Вилусы греки сделали сначала Вилион, затем Илион; Троя же — явно искаженное название Труиса. Сейчас ученые считают, что город на Гиссарлыкском холме, скорее всего, назывался Вилусой, то есть название Илион ближе к истине, чем Троя. Значит, настоящую Трою-Труису, которая находилась тоже где-то в этом районе, еще предстоит найти. А Гомер, сочинивший или скомпилировавший из более древних источников свой эпос на несколько веков позже описываемых в нем событий, соединил два города в один. Но, помня, что Илион — это не Троя, все же по установившейся традиции оба города называют Троей[39].

Итак, здесь друг на друге, как в слоеном пироге толщиной около 20 м, лежат остатки не менее девяти городов. После очередного разрушения руины не разбирали, а трамбовали и строили новые сооружения прямо на этом слое. Первая Троя (3000–2600 годы до н. э.) была обычной деревней, обнесенной стеной. Поселение диаметром 100 м было застроено очень примитивными жилищами из глиняных кирпичей. Судя по оставшимся следам, оно погибло во время пожара.