Атлас счастья. Уникальные рецепты счастья со всего света

Эти слова вызывают во мне условный рефлекс – как у собаки Павлова. Я тут же переношусь в бесконечное лето моей юности и вспоминаю пляж и уроки серфинга, а также концепт равных возможностей. Восьмидесятые годы прошлого века я провела в британских пригородах; пляж и серфинг мне не пригодились, но вот «равные возможности» повлияли на всю мою жизнь. Я стала мыслить либерально. Мне было шесть, когда на экраны вышла австралийская мыльная опера «Соседи». Следующие пятнадцать лет прошли под веселую музыку ее заставки. В 1989-м до Великобритании дошел сериал «Домой и в путь». Конечно, я стала смотреть и его. Словом, от шести до двадцати одного я налетала 3510 учебных часов по солнечной культуре Австралии и философии справедливости.

Моя подруга Шеридан, живущая в Брисбене, говорит, что я потратила время с умом. Дружба, солнце, справедливость – вот три любимых австралийцами понятия. Карьеру антрополога и ученого в области счастья, таким образом, я начала очень рано.

«Равные возможности очень важны для счастья австралийцев. Они символизируют справедливость и шанс для каждого», – говорит Шеридан. Ей вторит Джен, моя подруга из Аделаиды: «Не важно, кто ты и откуда. Если ты способен сделать эту работу, ты будешь ее делать. И сделаешь «по справедливости», то есть выложишься на все сто процентов». Именно это делает людей счастливыми. Они чувствуют, что все равны, а цели достижимы, и каждый готов помочь другому.

Австралия регулярно попадает в списки счастливых стран, а сами австралийцы – веселые и дружелюбные ребята. С раннего возраста они учатся принимать участие во всем. «Учителя буквально фиксируются на этом, – говорит Бен из Мельбурна. – Помню, у нас были ножницы для левшей и правшей и мне всегда доставались зеленые».

Еще более очевидной эта идея становится при взгляде на спорт – национальное увлечение австралийцев. Бен вспоминает, что однажды тренер забрал его с футбольного поля. «Я сказал, что у меня все в порядке, но он ответил, что я просто стою и ничего не делаю. Нужно все время пытаться, в этом и есть смысл равных возможностей». Старание важнее таланта, поэтому все австралийские дети играют в нетбол и футбол зимой и крикет летом.

«Крикет – это наша религия», – объясняет Бен. Скандал 2018 года с заменой мяча выбил почву из-под ног многих австралийцев. Международный совет по крикету дисквалифицировал команду на один матч, но Федерация крикета Австралии продлила запрет на год. «Мы наказали себя куда сильнее», – комментирует он. (Бен занят маркетингом, но говорит «мы», когда дело доходит до крикета.) Я пытаюсь объяснить ему, что манипуляции с мячом вообще ничего не значат в наш век допинга и сомнительных образцов мочи, но Бен не согласен: «Жульничество идет вразрез с австралийскими ценностями и концептом честной игры; мы обязаны быть равными. Именно поэтому на национальном телевидении люди даже плакали. Они нарушили наш кодекс чести».

В Австралии действительно ценят спорт. Перед финалом Австралийской футбольной лиги в Виктории даже объявлен выходной. На Кубке Мельбурна происходит то же самое. «Мы любим регби (юнион и лиг), плавание, теннис, – рассказывает моя бывшая соседка по квартире Лиз, жительница Перта. – Необязательно блистать талантами, чтобы обожать спорт». Всем нам известно, что занятия спортом вызывают выброс эндорфинов. Мы укрепляем здоровье и нервы. Но болеть за команду тоже весело. Фан-клуб дает нам чувство причастности, а оно, в свою очередь, улучшает самочувствие. Исследователи психологии спорта из Государственного университета Мюррея в США выяснили, что болельщики часто оказываются более счастливыми: они не чувствуют одиночества, ведут активный образ жизни и с легкостью общаются с окружающими. У меня есть ощущение, что австралийцы давно разгадали этот секрет. Бен рассказывает мне, что спортивные клубы в Австралии приглашают эмигрантов на футбольные игры, чтобы они быстрее узнавали культуру – и могли о чем-то говорить на работе или в школе. «Да, это очень важно». При этом болельщики в Австралии отличаются от фанатов других стран своей лояльностью. «Нам нравится болеть за того, кто слабее, – подтверждает Шеридан. – Иначе это просто несправедливо. На месте слабого может оказаться каждый. Главное, чтобы все играли по справедливости. Это наш национальный девиз».