Атомный век Игоря Курчатова

б) бомба обладает свойствами интенсивного теплового (зажигающего) воздействия на промышленные, военные и гражданские сооружения, полностью поражая огнем поддающиеся возгоранию объекты в радиусе 2 км (т. е. на площади 12 км², или 1200 га).

Полный отчет о результатах испытания будет представлен Вам через 1–1,5 месяца.

Л.П. Берия

И.В. Курчатов [455].

Часть 8 Сверхбомба

Глава 1 Подступ

Первые три серийных изделия типа РДС-1 были собраны на 551‐м заводе в 1951 году. То есть очень скоро после постройки самого завода в 1950‐м, который по плану должен был делать двадцать изделий в год.

К началу 1952 года на заводе было уже изготовлено 29 атомных бомб.

Это были по-своему красивые творения рук человеческих. Хотя лучше не задумываться о том, что за этой серой оболочкою таится разрушительная мощь в 22 килотонны. Вполне хватает, чтобы если не разрушить до конца, то, во всяком случае, прекратить существование любого города на планете.

Вот только цель-то – не города. Или не в основном – города: мы же не американцы. Главная цель – военные объекты, и прежде всего забункерованные центры принятия решений. Для них 22 килотонны мало. Они такой бункер в двух-трёх километрах от эпицентра только немного потрясут, не нанеся фатального вреда.

Следовательно, надо или срочно повышать точность доставки…

А с точностью как раз проблема. Ракетное оружие в Союзе, конечно, развивается мощно (это было секретом, к которому Курчатов был пока не допущен), но вот круговое вероятное отклонение поступившие к 1952 году на вооружение Р-1 и Р-2 с дальностью соответственно 270 и 600 километров достигало на этой дистанции полутора километров.

Три гения науки, обеспечившие стране ракетно-ядерный щит: С.П. Королёв, И.В. Курчатов, М.В. Келдыш.

[НИЦ «Курчатовский институт»]

Курчатов, конечно, не мог в 1949 году ещё знать, что сопряжение ракетного и ядерного оружия в СССР начнётся только в 1954 году с началом разработки ракеты Р-5М. Только тогда королёвское ОКБ-1 и харитоновское КБ-11 начнут совместно ломать головы над тем, как «поженить» свои изделия. И в результате получат первую в мире «Дальнюю атомную ракету» с зарядом на базе РДС-4 массой в 1,2 тонны и мощностью до 80 килотонн.

Но и до этого было ещё далеко. И значит, в действие вступает второе «или»: нужно срочно повышать мощность боеприпаса.

Вот это пожелание – оно же приказание – до Курчатова и довели. Ещё до испытания РДС-1 – сразу, как только после направленного ему письма Якова Ильича Френкеля с обоснованием производства на порядки более мощной бомбы, – Курчатов сам же и известил руководство о такой возможности.

В том письме Френкель, теоретик по основному направлению своему, сославшись на беседу с профессором Фредериком Жолио-Кюри об использованном американцами «методе приготовления атомных бомб», обращал внимание на «представления и соображения, которые возникли у меня в связи с краткими сведениями, полученными от Жолио, а также отчасти и сообщениями иностранной прессы и радио»:

«…10. Представляется интересным использовать высокие – миллиардные – температуры, развивающиеся при взрыве атомной бомбы, для проведения синтетических реакций (напр. образование гелия из водорода), которые являются источником энергии звезд и которые могли бы еще более повысить энергию, освобождаемую при взрыве основного вещества (уран, висмут, свинец).

22. IХ 45 г.

Чл. – корр. АН Я. Френкель» [142, с. 9].

Отмечена была и публикация в «Таймс»: