Идеальная схема отношений с туземцами была такой: они должны были жить там, где им предписано (на самых худших землях, малопривлекательных для белых людей), вести себя смирно и выполнять тяжелую работу за символическую плату, чаще всего – за кров и еду. Скученность и плохие бытовые условия в миссионерских поселках приводили к частым вспышкам инфекционных болезней, к которым аборигены были особенно восприимчивы. Разумеется, никто из них не горел желанием селиться в миссиях, и даже бесплатные продуктовые пайки, выделяемые от правительственных щедрот, не могли их туда завлечь.
Во время экономического спада девяностых годов XIX века аборигенов начали широко использовать в качестве дешевой рабочей силы, охотно принимавшей вместо денег спиртные напитки или опиум, завезенный в Австралию китайцами. Аборигены, не видевшие в пороках белых людей ничего плохого, очень быстро втягивались в пьянство и курение опиума, что приводило к деградации целых общин.
Рабочие аборигены (канаки) на плантации сахарного тростника с надзирателем позади группы. 1890
Жестокость белых людей, инфекционные болезни, пьянство и наркомания привели к резкому сокращению численности аборигенов (примерно в пять раз за XIX век). Первый Закон о защите аборигенов был принят в Виктории в 1869 году, но тогда подобная практика не получила широкого распространения. В 1897 году Закон о защите аборигенов и ограничении торговли опиумом приняло Законодательное собрание Квинсленда. Вскоре аналогичные акты появились во всех остальных колониях. Законы касались не только аборигенов, но и метисов-полукровок, которых было довольно много, поскольку белые мужчины часто подвергали насилию туземных женщин или же использовали их в качестве сексуальных рабынь.
Защита аборигенов выражалась в запрете продажи им спиртного и опиума, а также в запрете найма их на работу без заключения договора при участии защитника аборигенов. Договор гарантировал получение денег (а не только еды и выпивки). Правда, ставки, установленные для аборигенов, были гораздо ниже того, что получали за аналогичный труд белые. Закон о минимальной плате для рабочих-аборигенов устанавливал ставку, которая была в восемь раз меньше, чем у белых работников, а свыше минимума аборигенам обычно не платили.
По новым законам защитники аборигенов контролировали не только трудовые отношения, но и вообще все сферы жизни своих подопечных. По своему усмотрению они помещали аборигенов в резервации (миссии правительства колоний взяли в свои руки) и их руководители стали государственными чиновниками). Подобные действия объяснялись «заботой» о тех, кто якобы не мог прокормить себя в обычных условиях проживания. В идеале трудоспособные мужчины должны были работать на фермах, а старики, женщины и дети – жить в резервациях.
Если мужчина-абориген признавался «опасным для общества», то его тоже помещали в резервацию. Стать «опасным для общества» было проще простого: одна жалоба со стороны белого человека приводила к пожизненному навешиванию подобного ярлыка. Жалобы представлялись в письменном виде, ведь по ним принималось бюрократическое решение, и многие из них сохранились до наших дней. Среди поводов можно встретить такие, как «дерзко посмотрел», «не уступил дорогу», «напугал своим воплем», «отказался от работы» или «не ищет работу». Не заплатить аборигену заработанные гроши и припугнуть принудительной изоляцией в том случае, если он станет настаивать на расчете, было в порядке вещей. Одно слово белого человека перевешивало слова всех аборигенов, вместе взятых, так что на деле вместо закона царил произвол. В сельской местности полиция не утруждала себя расследованием мелких краж, а хватала первых подвернувшихся под руку аборигенов, предъявляла им обвинение и депортировала.
Ферма аборигенов. 1914
В 1904 году, уже в Австралийском Союзе, аборигенов лишили возможности свободно распоряжаться своими деньгами. Отныне заработанные ими деньги хранились на специальных счетах, с которых они не могли снять ни единого пенни без разрешения своих «защитников». Спустя пятнадцать лет власти отстранили аборигенов от участия в заключении договоров найма: отныне о размере оплаты их труда договаривались защитник и наниматель.