Читаем Австрия. Полная история страны полностью

Николай I в своем ответе заметил: «В глазах моих исчезает вместе с вами целая система взаимных отношений мысли, интересов и действий сообща. На новом пути, на который ныне вступает австрийская монархия, невзирая на добрую волю ее правительства, крайне трудно будет обрести их в одинаковой степени, под иной формой».

И в самом деле, России чрезвычайно трудно было сотрудничать с новым правительством, народившимся в Вене «из уличных беспорядков». Более того, очень скоро российский императорский кабинет пригрозил венскому разрывом дипломатических отношений и отзывом посольства из Вены.

Однако со вступлением на престол 18-летнего Франца-Иосифа I в австрийском правительстве произошел коренной перелом, и оно, руководимое князем Феликсом-Людвигом Шварценбергом, порвав всякие связи с революцией, снова возвратилось на традиционный путь. И это было воспринято как залог полного восстановления прежних союзнических отношений между Австрией и Россией.

Отметим, что, когда князь Альфред Виндишгрец выразил намерение в случае неуспеха в борьбе с вооруженным восстанием обратиться к русскому императору, тот сделал следующую собственноручную пометку: «И я отвечу на их призыв, и они во мне не ошибутся».

Молодой австрийский император выражал самые почтительные чувства к Николаю I, и очень скоро обстоятельства вынудили Франца-Иосифа обратиться к помощи своего «великодушного союзника». Когда мятежные венгры одолели австрийские войска, спасения можно было ожидать лишь от вооруженного вмешательства России.


Вильгельм Август Голике. Портрет великого князя Николая I


В результате по взаимному соглашению обоих правительств было решено направить главные российские силы в самую середину восставшей страны – по перевалу через Карпатские горы. А для отвлечения внимания и сил противника отдельные русские отряды должны были войти в Трансильванию.

Русский публицист-революционер А. И. Герцен пишет:

«Император Николай стал царствовать, не изменяя своему принципу страха перед всякой человеческой мыслью, перед малейшим развитием образования; на том основании он учреждал следственные комиссии одна за другой над каждым юношей, сказавшим неосторожное слово на каком-нибудь празднике или заявившим какую-нибудь здравую мысль; на этом основании он бросился в объятия вечно враждебной Австрии и вмешался в Венгерскую войну».

Между тем положение австрийского правительства сделалось настолько сложным, что князь Шварценберг, серьезно опасаясь за участь Вены, обратился к русскому главнокомандующему фельдмаршалу И. Ф. Паскевичу с просьбой немедленно прислать по железной дороге хотя бы 25-тысячное войско.

Согласно этой просьбе князь Паскевич двинул к Вене находившуюся в Кракове дивизию генерала Ф. С. Панютина.

Обращение к русским войскам австрийскому императору нужно было как-то объяснить своим подданным, и он сделал это в воззвании к венграм, в котором говорилось, что император Николай соединился с австрийским императором для борьбы против общего врага; венгры же приглашались встречать русские войска не как неприятеля, а как друзей их законного правителя.

Военные приготовления вызывали необходимость личных совещаний между монархами. В конце мая 1849 года в Моравию прибыл для встречи с Францем-Иосифом цесаревич Александр Николаевич, а потом они вместе отправились в Краков, куда 2 (14) июня приехал на несколько часов и сам Николай I.

А тем временем венгерская армия подошла к Коморну (ныне Комаром), сильной крепости на Дунае, к которой вскоре приблизились и австрийские войска. Барон Юлиус-Якоб фон Гайнау, сменивший нерешительного Людвига Вельдена, рассчитывая на превосходство своих сил, желал решительного сражения. И оно произошло 20 июня (2 июля).

Оно сначала было неблагоприятно для австрийцев, но генерал Ф. С. Панютин, двинувшись им на помощь, своими удачными приказами во время самого боя дал возможность нанести поражение венграм, которые отступили и заперлись в крепости. Предводитель венгров Артур Гёргей был ранен сабельным ударом в голову, и командование венгерскими войсками принял Дьёрдь Клапка.

После этого барон фон Гайнау через Офен и Пешт двинул свои войска на левый берег Дуная, чтобы идти к нижней Тисе и действовать против венгерского ополчения.

Перейти на страницу:

Все книги серии История на пальцах

Средневековье. Полная история эпохи
Средневековье. Полная история эпохи

Средневековье. Самая спорная и противоречивая эпоха в истории человечества. Одни воспринимают ее как времена прекрасных дам и благородных рыцарей, менестрелей и скоморохов, когда ломались копья, шумели пиры, пелись серенады и звучали проповеди. Для других же Средневековье — это время фанатиков и палачей, костров инквизиции, вонючих городов, эпидемий, жестоких обычаев, антисанитарии, всеобщей темноты и дикости.Неужели правда, что рыцари и вообще люди в Средние века были маленького роста — не выше полутора метров, а те, кто достигал нынешних средних 175 см считались чуть ли не гигантами? И в Средневековье на самом деле никто кроме монахов не умел читать и писать, мылись всего два раза в жизни — после рождения и перед смертью, жутко воняли и кишели блохами? И меч весил 20 кг, а доспехи все 100, поэтому рыцаря поднимали на коня с помощью лебедки, и в туалет ему ходить приходилось прямо в доспехи, потому что их было просто не снять?Новая книга серии «История на пальцах» поможет разобраться, что к чему.

Кэтрин Грей

История / Учебная и научная литература / Образование и наука

Похожие книги

Павел I
Павел I

Император Павел I — фигура трагическая и оклеветанная; недаром его называли Русским Гамлетом. Этот Самодержец давно должен занять достойное место на страницах истории Отечества, где его имя все еще затушевано различными бездоказательными тенденциозными измышлениями. Исторический портрет Павла I необходимо воссоздать в первозданной подлинности, без всякого идеологического налета. Его правление, бурное и яркое, являлось важной вехой истории России, и трудно усомниться в том, что если бы не трагические события 11–12 марта 1801 года, то история нашей страны развивалась бы во многом совершенно иначе.

Александр Николаевич Боханов , Евгений Петрович Карнович , Казимир Феликсович Валишевский , Алексей Михайлович Песков , Всеволод Владимирович Крестовский , Алексей Песков

Биографии и Мемуары / История / Проза / Историческая проза / Учебная и научная литература / Образование и наука / Документальное