Читаем Автобиография Земли. 4,6 миллиарда лет захватывающей истории нашей планеты полностью

Биогеохимический цикл существует в виде переноса вещества через субстраты посредством естественных процессов, включая перенос и превращение в воздухе и воде, и искусственных – за счет использования азотных удобрений для земледелия. Почвы за прошедшие несколько десятилетий превратились в резервуары искусственно внедренного азота и выделяют его в атмосферу в форме закиси азота, которая относится к парниковым газам. Фосфор – еще один питательный элемент, который накапливается в почве, когда в качестве удобрений используется навоз, в том числе жидкий. Выделение фосфора, накопленного в слое почвы, приводит к повышенному содержанию питательных веществ в поверхностных водоемах, которое стимулирует рост водорослей, а затем и бактерий, питающихся мертвыми водорослями. Эти процессы приводят к эвтрофикации (загрязнению водорослями), которая может оказывать негативное влияние на поверхностные и подземные источники водоснабжения за счет «цветения» водорослей и снижения насыщенности кислородом. Почвы представляют собой самый обширный резервуар углерода на Земле, за исключением океанских глубин, и содержат больше углерода, чем существует в растениях и атмосфере, вместе взятых; они вносят значительный вклад в круговорот углерода.

Вода, поступающая в виде атмосферных осадков, просачивается через почву. Часть воды проникает в зону над подземными водами (в вадозную зону), а часть поступает дальше вниз до уровня подземных вод (во фреатическую зону) и в нижние водоносные горизонты. Вода, где бы она ни находилась, и почвы тесно связаны. Засухи и необычно сухой режим погоды в сочетании с некоторыми методами земледелия привели к появлению в 1930-х гг. Района пыльных бурь на Среднем Западе. В начале XX в. поселенцы занимались возделыванием 5,2 млн акров (2,1 млн га) мощной почвы прерий для выращивания сельскохозяйственных культур – это был период «Великой пахоты». В то время погодные условия были благоприятными, шли дожди, и этот район был очень плодородным. Однако в следующее десятилетие все изменилось, когда погода стала более теплой и засушливой. С 1931 г. начались периоды засухи (всего их было четыре) и неурожая, а мощные ураганы создавали облака пыли, которые захлестнули даже такие далекие районы, как Чикаго и Нью-Йорк.

Пылевые облака способствовали уничтожению миллионов акров пахотного слоя. Когда стали понятны причины этих событий, для предотвращения подобных бедствий в 1935 г. была сформирована Служба охраны земельного фонда (теперь это Служба охраны природных ресурсов – федеральное агентство в составе министерства сельского хозяйства США). Появление Района пыльных бурь многие ученые считают самым масштабным природным бедствием XX в., а некоторые, в т. ч. Джордж Боргстром, американский эколог, специалист, занимающийся проблемой мирового голода, полагают, что это одна из трех самых крупных экологических катастроф в человеческой истории[590]

. Пыльные бури и неурожаи еще больше усугубили ситуацию во времена Великой депрессии, и, по оценкам историков, почти 3 млн человек покинули южные штаты Великих равнин; многие люди переехали в Калифорнию. Полагают, что только в 1935 г. было утрачено 850 млн тонн пахотной земли – около 8 тонн на каждого жившего в то время американца. Частицы этой почвы осели за тысячи километров от Района пыльных бурь, некоторые даже достигли Гренландского ледникового щита[591]
.

«Критическая зона», включающая почвы, является проницаемым, дышащим слоем Земли, который дает пищу, воду и в значительной степени кислород. К сожалению, в наши дни изменения климата влияют на здоровье критической зоны. На территории США существуют девять обсерваторий критических зон, учрежденных Национальным фондом науки в 2007 г., которые сосредоточены на междисциплинарных исследованиях этого региона с участием специалистов из разных отраслей науки.

Перейти на страницу:

Все книги серии Научный интерес

Зачем мы спим
Зачем мы спим

До недавних пор у науки не было полного представления о механизмах сна, о всем многообразии его благотворного влияния и о том, почему последствия хронического недосыпания пагубны для здоровья. Выдающийся невролог и ученый Мэттью Уолкер обобщает данные последних исследований феномена сна и приглашает к разговору на темы, связанные с одним из важнейших аспектов нашего существования.«Сон — это единственное и наиболее эффективное действие, которое мы можем предпринять, чтобы каждый день регулировать работу нашего мозга и тела. Это лучшее оружие матушки-природы в противостоянии смерти. К сожалению, реальные доказательства, разъясняющие все опасности, которым подвергаются человек и общество в случае недосыпания, до сих пор не были в полной мере донесены до людей. Это самое вопиющее упущение в сегодняшних разговорах о здоровье. Исправить его как раз и призвана моя книга, и я очень надеюсь, что она превратится для читателя в увлекательное путешествие, полное открытий. Кроме того, книга нацелена на пересмотр оценки сна и изменение пренебрежительного отношения к нему».

Мэттью Уолкер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Так полон или пуст? Почему все мы – неисправимые оптимисты
Так полон или пуст? Почему все мы – неисправимые оптимисты

Как мозг порождает надежду? Каким образом он побуждает нас двигаться вперед? Отличается ли мозг оптимиста от мозга пессимиста? Все мы склонны представлять будущее, в котором нас ждут профессиональный успех, прекрасные отношения с близкими, финансовая стабильность и крепкое здоровье. Один из самых выдающихся нейробиологов современности Тали Шарот раскрывает всю суть нашего стремления переоценивать шансы позитивных событий и недооценивать риск неприятностей.«В этой книге описывается самый большой обман, на который способен человеческий мозг, – склонность к оптимизму. Вы узнаете, когда эта предрасположенность полезна, а когда вредна, и получите доказательства, что умеренно оптимистичные иллюзии могут поддерживать внутреннее благополучие человека. Особое внимание я уделю специальной структуре мозга, которая позволяет необоснованному оптимизму рождаться и влиять на наше восприятие и поведение. Чтобы понять феномен склонности к оптимизму, нам в первую очередь необходимо проследить, как и почему мозг человека создает иллюзии реальности. Нужно, чтобы наконец лопнул огромный мыльный пузырь – представление, что мы видим мир таким, какой он есть». (Тали Шарот)

Тали Шарот

Психология и психотерапия
Зачем мы спим. Новая наука о сне и сновидениях
Зачем мы спим. Новая наука о сне и сновидениях

До недавних пор у науки не было полного представления о механизмах сна, о всем многообразии его благотворного влияния и о том, почему последствия хронического недосыпания пагубны для здоровья. Выдающийся невролог и ученый Мэттью Уолкер обобщает данные последних исследований феномена сна и приглашает к разговору на темы, связанные с одним из важнейших аспектов нашего существования.«Сон – это единственное и наиболее эффективное действие, которое мы можем предпринять, чтобы каждый день регулировать работу нашего мозга и тела. Это лучшее оружие матушки-природы в противостоянии смерти. К сожалению, реальные доказательства, разъясняющие все опасности, которым подвергаются человек и общество в случае недосыпания, до сих пор не были в полной мере донесены до людей. Это самое вопиющее упущение в сегодняшних разговорах о здоровье. Исправить его как раз и призвана моя книга, и я очень надеюсь, что она превратится для читателя в увлекательное путешествие, полное открытий. Кроме того, книга нацелена на пересмотр оценки сна и изменение пренебрежительного отношения к нему». (Мэттью Уолкер)

Мэттью Уолкер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Изобретение науки. Новая история научной революции
Изобретение науки. Новая история научной революции

Книга Дэвида Вуттона – история великой научной революции, результатом которой стало рождение науки в современном смысле этого слова. Новая наука – не просто передовые открытия или методы, это новое понимание того, что такое знание. В XVI веке изменился не только подход к ней – все старые научные термины приобрели иное значение. Теперь мы все говорим на языке науки, сложившемся в эпоху интеллектуальных и культурных реформ, хронологические рамки которой автор определяет очень точно. У новой цивилизации были свои мученики (Джордано Бруно и Галилей), свои герои (Кеплер и Бойль), пропагандисты (Вольтер и Дидро) и скромные ремесленники (Гильберт и Гук). Она дала начало новому рационализму, покончившему с алхимией, астрологией и верой в колдовство. Дэвид Вуттон меняет наше представление о том, как происходили эти знаковые преобразования.«Наука – программа исследований, экспериментальный метод, взаимосвязь чистой науки и новой техники, язык отменяемого знания – появилась в период с 1572 по 1704 г. Последствия этого видны до сих пор – и, по всей вероятности, не исчезнут никогда. Но мы не только используем технологические преимущества науки: современное научное мышление стало важной частью нашей культуры, и теперь нам уже трудно представить мир, в котором люди не говорили о фактах, гипотезах и теориях, в котором знание не было основано на свидетельствах и где у природы не было законов. Научная революция стала почти невидимой просто потому, что она оказалась удивительно успешной». (Дэвид Вуттон)

Дэвид Вуттон

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература

Похожие книги