Читаем Автобиография Земли. 4,6 миллиарда лет захватывающей истории нашей планеты полностью

Со временем исчерпание и истощение антропогенного (связанного с деятельностью человека) трития в поверхностных и подземных водах приведет к тому, что он станет менее полезным индикатором возраста воды. Другими радиоактивными элементами, используемыми для датирования подземных вод, осадков, археологического материала и других материалов, содержащих углерод, являются углерод-14 и изотопы кислорода. Более 99 % всех атомов углерода на Земле стабильны, и их ядра содержат 6 нейтронов (углерод-12); они не подвергаются радиоактивному распаду. Другие изотопы углерода имеют разное число нейтронов. Один из наиболее хорошо известных изотопов – углерод-14, ядро которого состоит из такого же количества протонов, что и ядро углерода-6, но имеет 8 нейтронов, поэтому углерод-14 тяжелее и является слаборадиоактивным. Этот изотоп углерода нестабилен и подвергается радиоактивному распаду, период полураспада составляет 5730 лет. Данные о содержании углерода-14 позволяют геологам точно определять возраст многих горных пород и минералов.

Другие изотопы, например урана, действуют как еще одни «часы в камне». Процесс соответствует описанному выше – происходит распад материнских изотопов с образованием дочерних, – но периоды полураспада намного больше. Например, датирование кристаллов циркона с помощью количественных методов дало несколько оценок самого древнего возраста на планете.

Современная шкала геологического времени

Стивен Джей Гулд в своей книге «Чудесная жизнь: сланцы Бёрджесс и природа истории» (Wonderful Life: The Burgess Shale and the Nature of History), опубликованной в 1989 г., рассказывает, что, пытаясь научить своих студентов запоминать периоды шкалы геологического времени, он перепробовал мнемонические техники, игры, словесные ассоциации – любые средства для запоминания подразделений времени, – но ничего особенно не помогало. Гулд пишет, что не беспокоился бы о неудачах какой-то части студентов, если бы периоды представляли собой случайные интервалы шкалы, но они таковыми не являются:

История жизни представляет собой не запись непрерывного развития, а летопись, в которой знаки препинания расставлены в виде кратких, иногда мгновенных с точки зрения геологии событий массового вымирания и последующего роста разнообразия. Шкала геологического времени является картой истории, поскольку ископаемые дают нам главный критерий для фиксации последовательности горных пород во времени. Подразделения шкалы времени установлены между этими главными знаками препинания, потому что вымирания и быстрый рост разнообразия оставляют столь явные следы в палеонтологической летописи[199].

В конце концов Гулд сообщил своим студентам, что им придется воспользоваться старинным способом: запоминать наизусть эти необходимые подразделения шкалы геологического времени. Как оказалось, такой способ также наиболее эффективен для понимания и усвоения информации о резких изменениях условий окружающей среды, которые оказывали влияние на живые организмы и стали причиной вымираний и повторного заселения.

Масштабы геологического времени трудно осознать любому. Джон Макфи, журналист из The New Yorker, который восхвалял геологию Соединенных Штатов во всей ее красоте и множестве форм, писал в 1981 г. в первой из своих четырех книг о геологии «Бассейны и хребты» (Basin and Range): «Человеческий разум, возможно, недостаточно развит для того, чтобы осознать геологическую историю. Вероятно, он лишь способен ее оценить»[200].

В упрощенном варианте шкалы геологического времени (см. цветную вклейку 4.1) показана биография Земли с рождения до настоящего времени. Время представлено от древнего докембрийского суперэона, 4,55 млрд лет назад (округлено до 4,6 млрд, в нижней части шкалы до молодой кайнозойской эры и наших дней в верхней части шкалы.

Перейти на страницу:

Все книги серии Научный интерес

Зачем мы спим
Зачем мы спим

До недавних пор у науки не было полного представления о механизмах сна, о всем многообразии его благотворного влияния и о том, почему последствия хронического недосыпания пагубны для здоровья. Выдающийся невролог и ученый Мэттью Уолкер обобщает данные последних исследований феномена сна и приглашает к разговору на темы, связанные с одним из важнейших аспектов нашего существования.«Сон — это единственное и наиболее эффективное действие, которое мы можем предпринять, чтобы каждый день регулировать работу нашего мозга и тела. Это лучшее оружие матушки-природы в противостоянии смерти. К сожалению, реальные доказательства, разъясняющие все опасности, которым подвергаются человек и общество в случае недосыпания, до сих пор не были в полной мере донесены до людей. Это самое вопиющее упущение в сегодняшних разговорах о здоровье. Исправить его как раз и призвана моя книга, и я очень надеюсь, что она превратится для читателя в увлекательное путешествие, полное открытий. Кроме того, книга нацелена на пересмотр оценки сна и изменение пренебрежительного отношения к нему».

Мэттью Уолкер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Так полон или пуст? Почему все мы – неисправимые оптимисты
Так полон или пуст? Почему все мы – неисправимые оптимисты

Как мозг порождает надежду? Каким образом он побуждает нас двигаться вперед? Отличается ли мозг оптимиста от мозга пессимиста? Все мы склонны представлять будущее, в котором нас ждут профессиональный успех, прекрасные отношения с близкими, финансовая стабильность и крепкое здоровье. Один из самых выдающихся нейробиологов современности Тали Шарот раскрывает всю суть нашего стремления переоценивать шансы позитивных событий и недооценивать риск неприятностей.«В этой книге описывается самый большой обман, на который способен человеческий мозг, – склонность к оптимизму. Вы узнаете, когда эта предрасположенность полезна, а когда вредна, и получите доказательства, что умеренно оптимистичные иллюзии могут поддерживать внутреннее благополучие человека. Особое внимание я уделю специальной структуре мозга, которая позволяет необоснованному оптимизму рождаться и влиять на наше восприятие и поведение. Чтобы понять феномен склонности к оптимизму, нам в первую очередь необходимо проследить, как и почему мозг человека создает иллюзии реальности. Нужно, чтобы наконец лопнул огромный мыльный пузырь – представление, что мы видим мир таким, какой он есть». (Тали Шарот)

Тали Шарот

Психология и психотерапия
Зачем мы спим. Новая наука о сне и сновидениях
Зачем мы спим. Новая наука о сне и сновидениях

До недавних пор у науки не было полного представления о механизмах сна, о всем многообразии его благотворного влияния и о том, почему последствия хронического недосыпания пагубны для здоровья. Выдающийся невролог и ученый Мэттью Уолкер обобщает данные последних исследований феномена сна и приглашает к разговору на темы, связанные с одним из важнейших аспектов нашего существования.«Сон – это единственное и наиболее эффективное действие, которое мы можем предпринять, чтобы каждый день регулировать работу нашего мозга и тела. Это лучшее оружие матушки-природы в противостоянии смерти. К сожалению, реальные доказательства, разъясняющие все опасности, которым подвергаются человек и общество в случае недосыпания, до сих пор не были в полной мере донесены до людей. Это самое вопиющее упущение в сегодняшних разговорах о здоровье. Исправить его как раз и призвана моя книга, и я очень надеюсь, что она превратится для читателя в увлекательное путешествие, полное открытий. Кроме того, книга нацелена на пересмотр оценки сна и изменение пренебрежительного отношения к нему». (Мэттью Уолкер)

Мэттью Уолкер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Изобретение науки. Новая история научной революции
Изобретение науки. Новая история научной революции

Книга Дэвида Вуттона – история великой научной революции, результатом которой стало рождение науки в современном смысле этого слова. Новая наука – не просто передовые открытия или методы, это новое понимание того, что такое знание. В XVI веке изменился не только подход к ней – все старые научные термины приобрели иное значение. Теперь мы все говорим на языке науки, сложившемся в эпоху интеллектуальных и культурных реформ, хронологические рамки которой автор определяет очень точно. У новой цивилизации были свои мученики (Джордано Бруно и Галилей), свои герои (Кеплер и Бойль), пропагандисты (Вольтер и Дидро) и скромные ремесленники (Гильберт и Гук). Она дала начало новому рационализму, покончившему с алхимией, астрологией и верой в колдовство. Дэвид Вуттон меняет наше представление о том, как происходили эти знаковые преобразования.«Наука – программа исследований, экспериментальный метод, взаимосвязь чистой науки и новой техники, язык отменяемого знания – появилась в период с 1572 по 1704 г. Последствия этого видны до сих пор – и, по всей вероятности, не исчезнут никогда. Но мы не только используем технологические преимущества науки: современное научное мышление стало важной частью нашей культуры, и теперь нам уже трудно представить мир, в котором люди не говорили о фактах, гипотезах и теориях, в котором знание не было основано на свидетельствах и где у природы не было законов. Научная революция стала почти невидимой просто потому, что она оказалась удивительно успешной». (Дэвид Вуттон)

Дэвид Вуттон

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература

Похожие книги