Автобус уходит в Берлин

– С лаской все получилось, – ответил прокуренный голос. – Недалеко от рынка была точка на трассе, где стояли девочки. Он к одной подъехал, быстренько с ней договорился и повез к себе – благо, жил он недалеко, километрах в тридцати. Дома, понятное дело, жена, но приятель не растерялся и повел подругу в гараж. Там у них была любовь – прямо на остатках капусты. Потом они допили водку и решил наш герой сгонять за добавкой. Подругу в гараже запер. Посиди, говорит, я быстро – магазин через дорогу. Ну, побежал быстро и на тебе – попал под мотоцикл.

– Ни фига себе! – было слышно, что ведущий явно заинтересовался. – И, что, на этом, закончилось? А как же Клеопатра в гараже?

– Да нет, было продолжение, – хриплый прокуренный голос явно хорошо подготовился. – Очнулся мой приятель в больнице, рядом жена с бледным лицом сидит, уколы, врачи. «Сколько я уже здесь?» – спрашивает. «Пять дней», – говорит жена. И тут он вспомнил, что у него в гараже сидит show-girl – без еды, воды и каких бы то ни было удобств, если не считать смотровую яму. Просит жену позвонить куму – у него, мол, дело к нему срочное, до аварии не успел решить. Через некоторое время приезжает кум. Приятель быстренько отправляет жену за газетой, вручает куму ключи от гаража, просит выпустить чувиху и дать ей немного денег – потом, мол, сочтемся. Однако кум выполнил свою миссию не до конца. Открыл он дверь не сразу долго возился с незнакомым замком. А когда все-таки открыл, получил сильный удар по голове тупым металлическим предметом, потерял сознание и через некоторое время оказался в той же больнице…

– Серьожа, в мене немає слів, – ведущая окончательно проснулась и поняла, что развернутый перед ней сюжет можно ставить в один ряд с трагедиями Эсхила и рассказами Конан-Дойля. – Сидиш тут, дивишся в цей несчасний монітор, а десь на Житомирщині люди переживають усі емоції життя за кілька годин! Знову ж таки, ця капуста…

– Подождите, это еще не конец, – сказал прокуренный голос. – Приятель вышел из больницы раньше кума и первым делом побежал в гараж. Двери были открыты, «Москвич» стоял на месте – кому эта рухлядь нужна? – но капусты в нем уже не было. Ее девочка с трассы съела – ничего другого все равно не было, а сидела она там почти неделю…

Житомир

Радио и приличная дорога выдохлись одновременно – голоса ведущих превратились в хрип, а спокойно катившийся по дороге автобус запрыгал на ухабах, как детский мячик. Я выключил радио и посмотрел в окно, где мелькнула табличка «Коростишів». Мы ехали по объездной, которая, словно конструктор, была собрана из плохо пригнанных бетонных плит. Мне часто приходилось проезжать эти места на машине, и плиты казались напоминанием о контрнаступлении танков Манштейна в 1943 году. Тогда в этих местах шли тяжелые бои, которые очень удачно вписалось в бизнес-план «Укравтодора» – организации, которая должна заниматься ремонтом и строительством дорог в нашей чудесной стране. Судя по всему, бизнес-план выглядел так: зачем тратить время на ремонт старой дороги или строительство новой, когда проблему можно решить с помощью нескольких тысяч больших кусков бетона, а затем доложить начальству, что из-за проклятого Манштейна смета на строительство превысила все допустимые нормы и… спокойно украсть разницу. Я даже представил, как защищавшие бизнес-план строительства инженеры демонстрировали слайды с изображение танков «Тигр» и, сокрушенно кивая головами, рассказывали о его огневой мощи, удельном давлении на грунт и многочисленных воронках, которые очень мешали прокладке прямого как стрела бетонного шоссе республиканского значения…

К счастью, плиты и Коростышев быстро закончились, и через 20 минут автобус подкатил к Житомирскому автовокзалу – гостеприимным воротам областного центра или, как сказали бы в Америке, столицы штата.

Мой друг Федька, гениальный бизнесмен-самородок, считает Житомир депрессивным городом ибо продажи бытовой химии, которой он торгует, здесь намного хуже, чем в соседней Виннице. Причина проста – близость столицы, куда валит все предприимчивое и трудоспособное население, не имеющее возможности открыть собственную аптеку или «ракушку» на местном рынке. Кроме этого, недалеко польская граница, за которой можно подыскать неплохо оплачиваемую работу строителя или горничной.