Автор и герой в эстетическом событии

⁷⁰ Жизнеописание Плотина, основателя неоплатонической школы, написанное его учеником Порфирием, начинается словами: «Плотин, философ, чьими современниками мы были, словно бы стыдился, что пребывает в теле» (Porph. V, Plot., I). Анализ этических импликаций присущего неоплатонизму крайнего сосредоточения мысли на едином, на идее единого (так что иное всякий раз полагается единым не как существенно иное, но как инобытие, смысловой аспект и эманационное «истечение» все того же единого) проведен автором с большой точностью.

(Прим. С.С. Аверинцева)

⁷¹ Ср. Исх. 20,4.

⁷² Ср.: «Христианство было, конечно, исполнением еврейского закона и ветхозаветных пророчеств; но оно по крайней мере в такой же степени было исполнением вековых стремлений и чаяний античных народов» (Зелинский Ф. Древний мир и мы. СПб., 1903. С. 67). Мыслящий о христианстве в духе позитивной библейской критики Зелинский полагал, что на евангельское и церковное учение оказала влияние не столько греческая философия, сколько античная религия с ее пафосом воплощенного в человеческом образе божества, – именно в ней надо искать корни представления об Иисусе как о Сыне Божием: «Сына Божия искала античность во все время своего существования; она находила его поочередно в Геракле, Аполлоне, Александре Великом, Августе, но успокоилась лишь тогда, когда нашла его в Иисусе» (Зелинский Ф. Возрожденцы. Иисус Назаретянин. Пг., 1922. С. 15–16). См. также: Зелинский Ф. Религия эллинизма. Пг., 1922. С. 129–130; именно в эллинистической религии «в сознании людей блеснул новый религиозный догмат: появление бога во плоти и его пребывание в ней до ее разрушения смертью» (там же. С. 96).

⁷³ Один из важных моментов либерально-протестантской системы А. Гарнака – критика «острой эллинизации» христианства, происходившей с III в. Идея «обожествления человека», согласно Гарнаку, принадлежит восточной Церкви и не имеет ничего общего с религией Христа. Учение о Христе-Логосе, оформившееся к IV в., по мнению Гарнака, чуждо Евангелию: «Логос должен быть самим Богом и в то же время стать истинным человеком. При выполнении этих двух условий становится возможным реальное, к самой природе человека относящееся искупление, то есть обожествление человечества», и в частности – избавление «обожествленного человека» от смерти. Но это – чисто эллинское представление, отсутствующее как в Евангелии, так и у апостола Павла. См.: Гарнак А. Сущность христианства. М., 1907. XIII лекция.

⁷⁴Ср.: Исх. 33, 20; Суд. 13, 22; Евр. 10, 31.

⁷⁵ Учение о Церкви как Теле Христовом впервые было развито апостолом Павлом. См., напр.: Рим. 12, 4–5; I Кор. 12, 12–13.

⁷⁶Ср.: Откр. 19, 7; 21, 2.

⁷⁷ Проповеди Бернарда Клервоского на ветхозаветную Песнь Песней, истолковывающие чувственные образы как описание огненной духовной любви к Богу, продолжили традицию, основанную еще раннехристианскими мыслителями (особенно Григорием Нисским), и, в свою очередь, дали импульс мотивам «Gottesminne» («боговлюбленности») в немецко-нидерландской мистике позднего Средневековья (Хильдегарда Бингенская, Метхильда Магдебургская, Мейстер Экхарт, Генрих Сузо, Руисбрек Удивительный и другие).

(Прим. С.С. Аверинцева).