Азбука долгожителя

Ожидаемая же продолжительность жизни мальчика, родившегося в РФ в 2018 году, достигала, по среднему прогнозу, 67,96 года, тогда как у мужчины в возрасте 60 лет этот показатель составляет еще 16 лет, но это относится только к дожившей до этого возраста части населения. Интерпретировать это значение для российских граждан, рожденных в 2018 году как среднюю продолжительность предстоящей жизни для этого поколения можно лишь при исполнении важнейшего условия, а именно, что все возрастные коэффициенты смертности останутся прежними. А такого не бывает, так как условия жизни постоянно меняются.

Ожидаемая продолжительность жизни часто используется как целевой показатель, которого нужно достичь, и то, что должно указывать на улучшение жизни в конкретной стране. Например, президент или премьер-министр может сказать на саммите: «Посмотрите, господа, а мои-то граждане вон сколько теперь живут». Но процессы увеличения продолжительности жизни идут по всему миру без участия монархов и правителей. И ребенок, появившийся на свет сегодня в Бразилии или Мьянме, проживет на 20 лет дольше, чем человек, родившийся в этих же странах всего лишь 50 лет назад. В Иране в 2015 году возраста старше 60 лет достигало 10 % популяции, а через 35 лет доля таких людей здесь увеличится до 33 %. Это просто реальность современного развития человечества в целом.

Интересно, что если в 1950-м на планете было только 200 млн человек старше 60 лет, то через пятьдесят лет, в 2000-м, их было уже 607 млн, а в 2050 году их будет уже 2,1 млрд. При этом все указанные цифры доказывают, что человек как вид стал явно более долгоживущим.

Но тут есть и еще интересная особенность процесса: растет продолжительность жизни и в самой старости. Например, предполагаемая продолжительность предстоящей жизни на 1985 год для 60-летней женщины в Японии была около 23 лет, а к 2015-му этот показатель достиг уже 30 лет.

В настоящее время доля пожилых людей достигает 30 % только в одной стране – опять в Японии. Но уже в середине века во многих странах эта доля будет такой же, какая зафиксирована в этом государстве в 2012 году, причем не только в Европе и Северной Америке, но и в Иране, Китае, Республике Корее, Российской Федерации, Таиланде, Вьетнаме и Чили.

Часто можно услышать, как говорят, что увеличение продолжительности жизни сопровождается более длительным периодом крепкого здоровья. Но если присмотреться, становится понятно, что эти данные очень противоречивы. Например, распространенность тяжелой инвалидности в развитых странах, возможно, и снизилась, но это не относится к ее легкой форме.

Хорошо, пожилых будет много, а сколько же вообще будут жить люди в ближайшем будущем, например к концу этого века? Тут такие цифры: к 2100 году в Дании – 90,22, в Швеции – 91,84, в Финляндии – 91,22, а в Норвегии – 91,44 года. Граждане Чехии, Венгрии и Польши будут жить 88 лет, а продолжительность жизни в России достигнет 83,5 года[5].

Но так не по всей планете. Например, большая часть стран африканского континента не может порадовать долголетием. На фотографии, представленной тут, я стою с вождями афаров. Как они мне сказали, эти мужчины уже достигли «преклонного» возраста старше 70 лет. На снимке не отражено, что один из них только что положил в джип автомат Калашникова.

Вожди двух племен афаров. Эфиопия. Мужчины чуть старше 70 лет, которые по местным меркам живут долго. (Фото из архива В. В. Новоселова. 2016)

Конечно, это все эти расчетные показатели заморских демографов интересны, но нам важнее узнать, что будет происходить с россиянами в ближайшее время. Этот запрос подтверждает письмо моего читателя: «В моей семье раньше все умирали в семьдесят-восемьдесят. Сейчас есть и люди старше 90 лет. Интересно, а сколько же я проживу». Или: «Мои бабушки и дедушки прожили чуть больше 90, родители около 80, а наше поколение хорошо, если до 70 дотянет». И еще подобное мнение: «У меня прадед прожил 101 год, дед – 92, отец – 80. Мне хочется, как прадед».

Да, мы живем дольше, причем уже сегодня. И это не фигуральный образ, а факт, так как ожидаемая продолжительность жизни человека находится в постоянном движении[6]. Чаще он растет, но, бывает, и падает. Например, этот показатель в России достиг 73,5 года в 2019 году, а к концу 2020 года, когда пришел новый коронавирус, снизился до 72. И это было следствием не только «необычного» патогена, но и неадекватного ответа на новый вызов реформируемой уже 25 лет системы здравоохранения. Многие люди с хроническими заболеваниями не получали своевременную, а часто и плановую помощь во время напряженной работы систем здравоохранения планеты.