Азраиль. Война Небес! Том 4

Второе Небо. Неподалёку от Московии. Кладбище.

Кирилл Михайлович Андропов был доволен проделанной им работой.

Сутки, проведённые в секретных архивах, позволили собрать всю нужную информацию о расследованиях тех времён. Всё отрытое прямо касалось смерти Карины и Владимира Рюриковых. Притом «откопанные» жандармами расследования несколько лет назад проводились не простым статским советником, а самим Виктором Ильичом Датским — кумиром Андропова и человеком, который был способен разыскать и иглу в стоге сена одним лишь методом дедукции.

И сейчас, стоя перед отрядом мужчин, методично раскапывающих яму аккурат перед надгробием с надписью «Рюрикова Карина Владимировна. 1996–2022 гг.», Кирилл Михайлович гордо улыбался.

Приятно, когда ситуация не только позволяет, но и заставляет отвлечься от Альтара Блэка на более простые дела.

Более того, была огромная вероятность, что оба этих дела — как Красный орден, так и род Рюриковых — переплетены между собой, словно большой клуб нити.

— Я, Кирилл Михайлович, тебе говорил, что ты под старость лет совсем обезумел? — недовольно пробормотал Суворов и скосил глаза на Андропова.

— Было дело, — Кирилл Михайлович весело усмехнулся.

— Готов повторить, — припечатал жандарм. — Если нас кто-то здесь увидит, конец будет быстрым и… наверняка болезненным. Я уже не говорю о том, что с нами сделает канцлер Раевский, пропади он пропадом, если об этом узнает.

Андропов улыбнулся ещё шире, задирая голову к небу. Всё же есть порох в старой пороховнице; порой, казалось, возраст унёс с собой всё, что выделяло его из толпы советников, однако…

Нет, действительному тайному советнику всё ещё слишком рано уходить на пенсию.

— Может, хоть мне скажешь, что ты задумал? — продолжал наседать начальник третьего отделения жандармерии. — Какие-такие умозаключения ты сделал, когда решил приехать в это, извини меня, сраное кладбище?

Андропов чуть склонил голову вбок, поглядел на Суворова и меланхолично выпустил облако едкого дыма.

— Скоро сам всё увидишь, господин Суворов, — уверенно — и даже победоносно — отозвался разжалованный тайный советник. — Потерпи. Всему своё время.

…минута за минутой для обоих тянулись, словно черепаха — медленно и лениво. Яма перед надгробием становилась всё глубже, однако терпение кончалось.

Андропов, швырнув окурок в сторону, сделал шаг вперёд и поглядел вниз.

— Что и требовалось доказать.

— Гроб пустой, Кирилл Михайлович, — голос одного из откапывающих стал ушатом холодной воды для Суворова. Андропов же… продолжал улыбаться. — Тела Карины Рюриковой тут нет. И, похоже, отродясь не было. Ни скелета, ни каких-либо других следов.

Суворов шумно сглотнул.

— Как пустой⁈ Совсем⁈ — вылупил глаза начальник третьего отделения. — Что за бред⁈

Тайный советник Андропов резво хлопнул жандарма по плечу, методично качая головой. Что может быть приятнее, когда тебя нисколько не удивляет то, что может буквально поразить других?

— Ты всё ещё ничего не понял, господин Суворов? — меланхолично протянул Андропов, ковыряя носом ботинка рыхлую землю и вдавливая в неё окурок. — Константин Раевский искренне любил свою Карину, а её смерть… была фальшивой. Он действительно был связан со смертью Владимира. Дело явно было замято под его давлением.

Всё верно. Константин Раевский обладает осколком Азраиля — а значит понимает, что тот способен воскрешать. Притом убивать женщину, которую любит, не подумает даже конченный психопат.

— Тогда… где Карина Рюрикова на самом деле? — продолжал недоумевать Суворов. — Хочешь сказать, она жива?

Андропов мотнул головой…

— Нет, не думаю, что она жива, — и снова поглядел в яму. — Но и умерла она не той смертью, о которой пишется в документах Датского по делу Рюриковых. А этого уже достаточно, чтобы плотно схватиться обеими руками за нить и медленно тянуть её на себя, разматывая клубок.

Суворов грузно сунул в рот сигарету, всё ещё не понимая, как реагировать.

— Извини за выражение, господин Андропов, но я в грёбаном недоумении…

* * *

Второе Небо. Московия. Кремль.

Утро нового дня встретило меня в той же манере, которую я задал в первый день своего возвращения в Московию.

А именно — спешной весточкой-приглашением в Кремль с пафосной надписью «Делегату Российской Империи Эрасту Орлову» и печатью государя на поверхности конверта.

Как и ожидалось, Аристарх Карпович не думал медлить и собирался отправлять отряд столпов в самое ближайшее время.

Оттого и спешка в сборе делегации.

…машина плавно скользила по улице; я слушал Борю, молча и расслабленно глядя в окно. Хорошая всё-таки технология — тонированные стёкла, особенно когда любое появление на публике грозит новой волной вспышек фотокамер.