Азраиль. Война Небес! Том 4

Я замер на секунду, медленно перевёл глаза с деда на макушку Софии и приподнял бровь. Почему она говорит об этом так спокойно?

И… что значит «видела отца»?

— Хочешь сказать, он решил почтить память Роберта своим присутствием, но ушёл раньше, чем пришёл я? — вопросил я относительно невозмутимо; сердце в груди глухо стукнуло. — Что-то не клеится.

София мотнула головой.

— Нет, я чувствовала его Ауру уже во время церемонии, — отозвалась она, направив взгляд куда-то в сторону. — Он был здесь — на кладбище. Но не думаю, что приходил с целью проводить Роберта в путь мёртвых. Скорее всего, была другая причина.

Другая причина? На кладбище? Разумеется, мне стало любопытно, что именно стало причиной появления Константина Раевского в этом месте. Притом он ведь явно должен был почувствовать Ауру Софии неподалёку.

И оттого стало ещё интереснее. Если канцлер явился на кладбище не за дочерью и не за Красным орденом, то…

Что он искал?..

* * *

— Я убью его, с-сука! — канцлер орал во всю глотку, буквально сокрушая кулаками салон автомобиля. — Убью гада! Как он смеет трогать гробницу моей жены?!! Уничтожу ублюдка! В пыль сотру!

Эмоции переполняли. Константин Раевский до конца не мог поверить в слова одного из информаторов о том, что есть люди, которые решили вскрыть детали событий десятилетней давности; притом детали были связаны со смертью Владимира и Карины Рюриковых.

Однако это оказалось грёбаной правдой.

— Кому в голову пришло копать под меня⁈ — взревел он. — Кто посмел посягать на мою честь?!!

Всё, что мешало ранее уничтожить Красный орден и Свободное племя — порталы и резко нахлынувшая волна смертей в районе восточных границ Империи. Канцлер отчётливо осознавал; любое движение в сторону войны родов повлечёт за собой крайне пагубные последствия.

И осторожность была единственным, что не позволяло перерезать всю династию Бисфельдов на той же церемонии похорон Роберта.

Ведь Орлов стал столпом Империи! Подстроился под систему и решил взять под контроль Романовых.

Нет, осторожность была крайне важна в этой войне. Ведь существа из порталов, не похожие внешне на людей, невероятно сильны — настолько, что без особых усилий умертвили Роберта Бисфельда.

И канцлер не собирался отдавать жизнь за Империю, которая позволяет всяким ублюдкам вроде Эраста Орлова позорить его на глазах знати, а затем, будучи оговорённым на смертную казнь, получать статус почётного столпа Российской Империи!

Но осторожность имела свои недостатки. Проблемы возникали отовсюду!

— Выясни! — велел канцлер одному из помощников. — Выясни, что они ищут, от кого получили приказ и как долго под меня копают! Как выяснишь, дай знать. Головы им на плечах не сносить!

— Уже выяснили, господин Раевский, — отозвался тот, держа трубку телефона у уха. — Судя по всему, на вас упал глаз Кирилла Михайловича Андропова — разжалованного тайного советника Империи и…

Канцлер махнул рукой охраннику в жесте закрыть рот.

— Я знаю, кто он такой! — процедил он. — Но не могу понять, что ему от меня нужно!

Охранник, судя по морде, и на этот вопрос мог ответить.

— Человек этот, как мы понимаем, работает от лица государя Романова, — заявил он, продолжая держать мобильник у уха. — Так что теории напрашиваются две. Либо государь решил сесть вам на хвост и силой заставить принять участие в войне, либо же… это дело рук Красного ордена. И цель их заключается в изъятии вашего осколка.

Константин Раевский язвительно усмехнулся.

— Готовь людей! — велел он. — Я лично поговорю с Андроповым. Этот ублюдок априори не может работать на Красный орден. Он ведь лично хотел казнить Орлова, или я чего-то не понимаю?!!

— Всё правильно, — кивнул водитель. — Но приказ государя мог быть ещё более абсурдным. Настолько, что Андропову бы пришлось подстраиваться под Орлова.

— Выясни, где Андропов! И вези меня к этому мерзавцу!

* * *

Второе Небо. Московия. Усадьба Орлова.

Церемония прощания с Робертом Бисфельдом завершилась раньше запланированного времени. Дожди стали настолько невыносимы, что пришлось покинуть кладбище сразу, как крышку гроба зароют в почву. Радовало лишь то, что весь Красный орден находился сейчас в моей усадьбе — в месте, о котором знали лишь самые близкие.

Однако побеседовать в кругу семьи не вышло. Мрак в душе не позволил никому из них переключиться на деловой тон. Никто даже не поздравил меня с новым приобретением.

Кроме деда. Тот уже ощущал усадьбу своей. Но напился слишком быстро — настолько, что в скором времени отправился спать за остальными.

Я же сидел у камина в кресле-качалке и с особым интересом — и даже трепетом — разглядывал языки пламени, медленно пожирающие обугливающуюся древесину.

— Вы слишком задумчивы, господин, — Диана, к слову, встретила меня с восторгом. Она не ушла спать; всё это время находилась за моей спиной, аккуратно массируя мою шею. — Что-то вас тревожит?

— Следующей ночью мы выезжаем на поле боя, Диана, — отозвался я с ноткой волнения в голосе. — Ответственность на мне столь велика, что невольно начинает тревожить.