Барселона. Полная история города

Гражданская война в Испании вдохновила многих интеллектуалов на Западе и Востоке, которые видели в ней первую масштабную схватку сил демократии с нараставшей глобальной фашистской угрозой. Вот и Оруэлл с женой в декабре 1936 года отправились в Испанию, в Барселону, где он стал бойцом рабочей милиции.

* * *

Прибыв в Барселону, Оруэлл был покорен атмосферой, царившей в городе. Это была настоящая атмосфера свободы, всеобщего равенства людей, столь ценимая писателем.

Биограф Оруэлла Кристофер Хитченс пишет:

«Оруэлл попал в отряд инакомыслящих, что позволило ему с первых позиций наблюдать живую историю Каталонии»⁷⁵.

В своей книге «Памяти Каталонии» Оруэлл пишет, что с сентября 1936 года реальная власть в Каталонии принадлежала анархистам, и «революция все еще была на подъеме».⁷⁶

Летом 1936 года в Испании началась гражданская война. На выборах 1936 года победил Народный фронт – объединение левых партий разного толка, а через пять месяцев правые под руководством генерала Франко подняли мятеж. Республиканскому правительству пришлось защищаться. Фашистов поддержали монархисты и мощное католическое духовенство, а правительство – анархисты, социалисты и немногочисленные тогда коммунисты.

Франсиско Франко. 1939

Одним из основных постулатов франкистской идеологии был централизм: предписывалось свято верить, что Испания – целостный организм с центром в Мадриде. Как сказано в знаменитой фразе Ортеги-и-Гассета, «Испания – вещь, сделанная в Кастилии». У этой концепции долгая история. Она лежала в основе политики, которую вели в отношении Каталонии Габсбурги, а затем и Бурбоны. Эту идею каталонцы рассматривали как вызов их политическому самосознанию.

РОБЕРТ ХЬЮЗ, австралийский искусствовед

Что касается анархистов, то они «имели наиболее существенную массовую поддержку, благодаря оказанному ими решительному сопротивлению франкистскому мятежу с первых же дней после его начала»⁷⁷.

В тогдашней Испании действовало несколько партий.

Во-первых, была сильна партия POUM (Partido Obrero de Unificación Marxista) или Рабочая партия марксистского единства. Эта партия возникла незадолго перед тем, в сентябре 1935 года, в результате объединения Рабоче-крестьянского блока сторонников Н.Н. Бухарина с Коммунистической левой партией Испании. Эта партия резко осуждала сталинский режим и его модель социализма, и ее возглавлял Андрес Нин, который девять лет (до 1930 года) прожил в Советском Союзе и был связан с Троцким, однако вскоре порвал с ним.

Во-вторых, были две организации анархистов: Национальная конфедерация трудящихся CNT (Confederación Nacional del Trabajo) и Федерация анархистов Иберии FAI (Federación Anarquista Ibérica).

Партия POUM. Агитационный плакат. 1936

Также были другие партии Народного фронта, в частности, коммунисты, представленные двумя враждующими партиями: антисталинской POUM, поддерживавшей анархистов, и просталинской PSUC (Partit Socialista Unificat de Catalunya) – Объединенной социалистической партией Каталонии. Последняя была крайне националистической партией, основанной 23 июля 1936 года в результате объединения четырех левых групп (в том числе и Коммунистической партии Каталонии).

Оказавшись в Барселоне, Оруэлл первоначально не стал вдаваться в межпартийные различия и разногласия: любые распри раздражали его. Да и к тому же для человека, прибывшего в Барселону из Англии, разобраться в этом было непросто, но Барселона показалась Оруэллу городом необычным и захватывающим. Приехав, он записался в ополчение, базировавшееся в Ленинских казармах Барселоны.

Тогда все «каталонские профсоюзы и партии создали собственные отряды ополченцев; каждый из них был по сути дела политической организацией, подчиненной своей партии не в меньшей мере, чем центральному правительству. На первых порах Оруэлл не стал разбираться в хитросплетениях политики в Каталонии и Испании в целом. Он разделял представление об испанской гражданской войне как начале решительного противоборства с наступлением фашизма»⁷⁸.

У Джорджа Оруэлла читаем:

«Я впервые находился в городе, власть в котором перешла в руки рабочих. Почти все крупные здания были реквизированы рабочими и украшены красными знаменами либо красно-черными флагами анархистов, на всех стенах были намалеваны серп и молот и названия революционных партий; все церкви были разорены, а изображения святых брошены в огонь»⁷⁹.

Никто не говорил больше «сеньор» или «дон», не обращались даже на «вы» – самым ходовым было слово «товарищ», и все обращались друг к другу на «ты».