История знает семь главных женщин, повлиявших на жизнь и творчество Пикассо. Он запечатлел их на своих полотнах. Считается, что каждая из них оставила свой след в становлении Пикассо как художника в разные периоды его творчества.
Первая его большая любовь – красавица Фернанда Оливье.
Он разрушал не только каноны классической живописи, он разрушал всё вокруг себя. Как пишет его внучка Марина Пикассо, он любил женщин «за плотоядные сексуальные импульсы, которые они в нем пробуждали. Ему надо было, чтобы свою загадку они вывернули перед ним наизнанку. Любитель свежей плоти, он насиловал их, расчленял и пожирал. Мешая кровь со спермой, он превозносил их в своих картинах, приписывая им собственную жестокость, обрекая их на смерть, едва только внушенная ими сексуальная сила ослабевала в нем»109.
Ненасытный, он пожирал всё вокруг себя: жизнь, вещи, людей. Бедные женщины – те, что имели несчастье (или, наоборот, счастье!) попасть в поле действия этого вихря. Подогреваемый своей животной сексуальностью, он переносил их на свои полотна, укрощал, околдовывал, питался ими, высасывал из них до последней капли самую сущность, а потом выбрасывал, как ставшие ненужными обертки из-под конфет.
Фернанда Оливье и Пикассо на Монмартре. 1904
Не зря биографы Пикассо очень часто сравнивают его с Минотавром – легендарным чудовищем с телом человека и головой быка, пожиравшим девушек.
С Ольгой Хохловой Пикассо познакомился в Риме ранней весной 1917 года.
Конечно, то время для начала любви было не самое подходящее. Уже почти три года шла Первая мировая война, где-то рвались снаряды и тысячами гибли люди.
Формальным предлогом для отъезда Пикассо в Италию стало приглашение Сергея Павловича Дягилева.
С 1906 года Дягилев организовывал ежегодные зарубежные выступления артистов из России, получившие название «Русские сезоны» – сезоны русской оперы и оперно-балетные выступления. Для гастролей балета Дягилев приглашал самых знаменитых артистов – Анну Павлову, Вацлава Нижинского и Тамару Карсавину.
В 1911 году Дягилев организовал свою балетную труппу, которая получила название «Русский балет Дягилева». Труппа начала выступления в 1913 году.
В это время умер отец Пикассо, и он вернулся в Барселону, но на похоронах не нашел в себе сил присутствовать.
Ольга Степановна Хохлова родилась 17 июня 1891 года в украинском городе Нежине в семье полковника русской императорской армии. Страсть дочери к балету этот военный человек осуждал, но ее поощряла маменька, а посему, когда отца перевели из Нежина в Киев, она украдкой стала возить дочь в балетную школу. Однако о том, чтобы девочке сделаться профессиональной танцовщицей, понятное дело, и речи быть не могло…
В воспоминаниях Франсуазы Жило, одной из неофициальных жен Пикассо, можно прочитать об Ольге Хохловой:
«Она тогда была балериной в „Русском балете“ Дягилева. Не лучшей в труппе, но, по словам Пабло, была красивой и обладала еще одним достоинством, которое он нашел очень привлекательным: происходила из семьи, принадлежавшей к низшему слою русского дворянства. Дягилев, говорил Пабло, подбирал балерин оригинальным образом: половину их должны были составлять очень хорошие танцовщицы, другую – красивые девушки хорошего происхождения. Первые привлекали зрителей мастерством. Другие – аристократичностью или внешностью»110.
Пикассо и Ольга Хохлова. 1918
Мнение спорное и явно предвзятое, ибо глупо даже предполагать, что Сергей Дягилев, всегда говоривший, что «Русский балет» – это не кабаре и не «Мулен-Руж», что рафинированный эстет Дягилев, превративший балет из простого развлечения публики в настоящее искусство, удерживал бы балерину столь долгое время, да еще в условиях бесконечно гастролирующей труппы, лишь из уважения к чину и происхождению ее отца. Бездарностей Дягилев терпеть не мог и всегда предпочитал окружать себя людьми талантливыми, вдохновенными или, по крайней мере, способными и трудолюбивыми. Очень способными и очень трудолюбивыми. Он, и это хорошо известно, никогда и никому не делал поблажек.
К тому времени Пикассо уже был знаменитым на всю Европу художником. Дягилев пригласил Пикассо к себе, чтобы тот создавал декорации к его спектаклям. Пикассо согласился и подружился со всеми девушками из труппы «Русского балета», гастролировавшего в Италии.
А потом Дягилев принял решение отправиться на гастроли в Испанию – в Мадрид и Барселону.
– В Испанию, господа! – кричал он. – Мы немедленно отправляемся в Испанию! Ночной поезд в Барселону с вокзала Монпарнас! Все слышали?
Композитор Эрик Сати сокрушенно покачал головой:
– Пабло, дорогой Пабло! Как жаль, что мы столь внезапно расстаемся!
– Но мы не расстаемся, – улыбнулся Пикассо. – Я тоже еду вместе с вами в Испанию.
– Что?!
Дягилев от удивления вытаращил было глаза, но тотчас все понял и кивнул.
– Ах да, Оленька…
Потом он воровато оглянулся, не слышит ли кто, и прошептал:
– Пабло, вам не кажется, что вы завязли слишком глубоко? Русские девушки… Понимаете ли, с ними надо быть осторожнее. На русских девушках надо жениться!
– Вы шутите, – отвечал ему Пикассо.