"Батюшкин грех" и другие рассказы

— Каюсь перед всеми вами, братие, что вчера взял от этого диакона десять рублей. По словам Священного Писания, «аще дадите, воздастся вам четверицею», я вместо десяти даю ему сорок рублей, — и он протянул обомлевшему от изумления диакону несколько ассигнаций. — Ты взял двадцать пять рублей — дай ему сейчас сто, то же и ты сделай, а ты, духовное лицо, вместо семидесяти пяти дай ему триста.

Диакон прижал ворох ассигнаций к груди, губы его тряслись, и видно было, что бедный готов разрыдаться. С непередаваемым словами чувством он смотрел на митрополита, но тот поспешил прервать молчание:

— Ступай, отец, домой. Оставайся на своем месте. Будет нужда какая — относись прямо ко мне… А с вами, — обратился митрополит к взяточникам, — вечером разберусь».

В 1819 году, в возрасте 37 лет, святитель стал членом Священного Синода и с этого времени ни одного сколько-нибудь важного дела не решали без его присутствия, недаром еще при жизни Филарета величали «мудрый».

Кроме круга синодального управления и церковных забот его деятельность касалась и дел государственных. Знаменитое «Уложение» по отмене крепостного права составлялось при активном участии святителя. С уважением и любовью к нему довольно часто обращались за советом и благословением императоры Николай I и Александр II.

Неутомимая деятельность митрополита, среди которой он, по его собственным словам, отдыхал только «на разнообразии занятий», соединялась в нем с подвижнической жизнью, где пост, молитва и богослужение занимали главное место. Об этой любви к храмовой службе, к проповеди и общению с верующими ярко свидетельствует пример, когда святитель в течение 100 дней объехал все приходы громадной по территории Тверской епархии с ее многочисленными церквями и монастырями и в каждом из них совершил архиерейское богослужение с обязательной проповедью.

Именно вовремя этой стодневной поездки произошло одно из многочисленных чудес, силою Божией от святителя исходивших.

У одного священника была сильно больна дочь. В это самое время, во время приезда святителя, ему было назначено получить первую награду — скуфью от высокопреосвященного Филарета. Получив ее и принимая святительское благословение, он просил владыку помолиться об исцелении его дочери, а когда пришел домой, то с верою положил полученную им скуфью на голову больной. Девочка скоро уснула и наутро была уже здоровой.

Подобных свидетельств множество, и недаром Александр Пушкин в своем удивительном поэтическом диалоге со святителем Филаретом воскликнул:

И ныне с высоты духовной

Мне руку простираешь ты,

И силой кроткой и любовной

Смиряешь буйные мечты.

Святительский месяц декабрь

Дни Рождественского поста — это ожидание события, когда в вифлеемском вертепе «родися Отроча Младо, Превечный Бог» и воссияет «мирови свет разума». И как бы предваряя Христово Рождество, декабрьский церковный календарь напоминает нам о днях памяти святых, чьи имена и деяния не имеют временных и исторических границ.

Но все же если вести отсчет по новому стилю, то декабрь — святительский месяц. Он начинается памятью святителя Филарета, митрополита Московского и Коломенского, а заканчивается именами архиереев, в недавние годы жизнь свою за Церковь и Христа отдавших: священномучеников архиепископа Верейского Илариона (28 декабря) и Фаддея, архиепископа Тверского (31 декабря).

Ежедневный богослужебный круг первого зимнего месяца, по сути, раскрывает всю историю христианской цивилизации, изложенную в святительских подвигах.

Здесь и апостол, до киевских круч дошедший, Андрей Первозванный, и великий угодник Николай Чудотворец, всем миром признанный, и просветитель края Сибирского епископ Иркутский Иннокентий. И сегодня актуальны слова, сказанные в XVIII веке святителем и учителем духовенства Митрофаном Воронежским: «Употреби труд, храни умеренность — богат будешь; воздержно пей, мало ешь — здрав будешь; твори благо, бегай злого — спасен будешь». Нельзя забыть и о святительском подвиге выходца из Полтавской губернии наместника Мгарского монастыря, а затем и Свято-Троицкой Сергиевой Лавры святителя Белгородского Иосафа.

* * *

Энциклопедии и справочники, повторюсь, определяют святителей как святых из епископского чина, которых почитает Церковь за святость жизни и праведное пастырство, в котором осуществляется промысел Божий о Церкви в ее движении к Царству Небесному. Академически это верно и правильно. Но есть то в подвиге святительском, что сухому, пусть даже богословскому определению неподвластно: для любого из нас святитель — это не только «правило веры и образ кротости», но и свет мира (Мф. 5:14), без которого невозможно прийти к Тому, в Кого верят наши сердца.