Бауманцы. Жигули. Дубай. Лучший сериал о том, как увидеть такой разный мир из окна старой девятки

Помимо того, что пока Петя гулял, у нас происходили смешные и странные ситуации, в моем мире произошла очень значимая вещь.

Как Петя уже написал, с утра мы с пацанами остались одни и ничего не делали первую половину дня. Накопившаяся усталость от первого этапа, постоянное нахождение втроем и сломанная тачка не вызывали никакого энтузиазма вставать с кровати, а посему на часах было 15:30 и мы только-только продрали глаза.

Я вышел из дома в кафе напротив, впервые взяв в руки блокнот, чтобы разложить происходящее по полочкам своей головы. Это был обычный «Старбакс». Я взял кофе и чизкейк, сел за столик, открыл свою рукописную книжку и ошалел от увиденного. Полгода назад, сидя в полнейшей депрессухе, я решил разобраться с тем, что происходит в моей жизни. Я разделил ее на большие разделы: учеба, семья, работа, друзья, творчество и далее по списку. Под каждым из этих слов я писал вопрос: почему я занимаюсь этим или почему мне нужны друзья? И постепенно приходил к какой-то для себя истине. Но в «Старбаксе» всех этих записей не оказалось в блокноте. Их физически там не было.

Нет, никто не вырывал листы, уже после я выяснил, что из-за того, что они были написаны гелевой ручкой, чернила исчезли под влиянием постоянной жары.

Судорожно перелистывая пустые страницы, на которых когда-то были самые важные для меня записи, я понял только одно: это определенно шанс все переосмыслить и отныне не опираться на старые суждения. С этого момента все должно быть по-другому. По-своему лучше.

Встали парни, было решено разобраться, что с машиной, а затем и пойти гулять по городу. Мы с Федей начали свою любимую процедуру: один названивает механикам, другой читает нашу библию – пособие по ВАЗ-2109.

Прошел весь день, мы поменяли половину подкапотного пространства, опробовали всевозможные дедовские методы, процедура залезания под машину стала для меня просто ежечасовым ритуалом – нулевой результат. Она не планирует никуда ехать. Петяна начала напрягать обстановка: возникают моменты, требующие внимания всех трех участников.

Утро второго дня. Петян попросил уединиться, а мы с Федей уже привычными движениями рук открываем капот и пытаемся продиагностировать проблему. Обнаружилось, что у нас нет искры. О’кей. Ищем метро, покупаем местную «тройку» и катим на станцию Еникапы. Там находится район Аксарай – место, где можно купить все, в частности запчасти на советский автопром. Мы шарахались по местным магазинчикам в поисках деталей и инструментов, неоднократно натыкаясь на русскоговорящих ребят, которые поголовно оказывались болгарами. В итоге мы достали все, что нам нужно, и вернулись к машине. Поставили только что купленную катушку зажигания, и, о боже, машина завелась!

Мы с парнями сделали круг почета, и машина снова предательски заглохла. Остался один из последних вариантов – карбюратор. В него лезть совсем не хотелось, ибо наша квалификация позволяет разве что отличить дверь от колеса, да и количество букв «р» в этом слове нам не очень нравится. Мы осознали необходимость в помощи.

Пока мы катались на метро, отец Феди поднял на уши московский офис «Яндекса», вышел на ребят из турецкого подразделения (а такое есть) и связал нас с неким Бирканом. Мы описали ему нашу проблему, на что он ответил просьбой дождаться его около нашей машины.

Приехал зеленый Рено Твинго, за рулем которого сидел турецкий Честер Беннингтон^[43]. Биркан осознал масштаб нашей авантюры и сообщил о наличии крутого механика, которого он сможет привезти, как только пробки чуток рассосутся.

Мы постояли, поболтали. Биркан – один из главных айтишников турецкого «Яндекса». Он рассказал нам о принципиальных различиях работы «Яндекса» и «Гугла», а также о смешных и необычных ситуациях, связанных с турецким народом и их запросами в поисковые системы, расспросил о наших движениях и уехал, пообещав привезти механика.

40 минут и силуэт уже знакомого Рено Твинго появился из-за поворота. С пассажирского сиденья вылез парень в черной футболке с зелеными кустами на рукавах, похожий на турецкого Майка Шиноду^[44]. Еще пару человек – и можно было бы собрать полный Linkin Park. Это был Эмин. Он – уникальный чувак. Ему 29 лет, он турок, учитель английского по образованию и большой любитель старых Фольксвагенов. У него своя мастерская, и занимается он исключительно старыми бусами и жуками (VW Beetle и VW T1, T2, T3).

– Парни, я трогаю ладу впервые, я еще девственник по отношению к русским машинам, но, видимо, сегодня все изменится. Помогу чем смогу.