Бег

я опять ушел. и не потомучто стал с годами чрезмерно гордили слаб что не позволяет рулюсрываться с обрыва речных озер.и не потому что куда-то спешил.и не потому что кого-то искал.просто вы не решались прийтидолго. от этого слишком устал.но таки пришли и горло впередрванулось сметая стены границ.и опять был обманут я вашим огнемспешащим к многоголосию лиц.но за нежность губ которую пил(не доверяя впрочем словам)за невозможный взлет темных бровейя благодарен вам.

вы остались там забавлять себязабродившим соком минувших лет.а я вышел на улицу и вдохнултяжесть солнечных эполет.1994

я могу уйти

я могу уйти.и это не будет пафос.или просто желаниевыпить чашечку кофев непарижском кафегде кто-то когда-то на полопрокинул пару глотковзакипевшей бронидля души не успевшей окрепнутьот ночи объятийаромата увы совсем

не кофейного свойствалучше быть коленкоромчем стыть от рукопожатийсоздавшего маслом картинув раме застывшей крови.но пока я стоюи вдыхаю запахи дома.и отчаянно морщусьот горечи отрешений.оседает на связкахщемящего имени слово.и плачет пан-флейтаот верности со-отношений.1994

можно закрыть дверь

можно закрыть дверь не сказав тебе «все».

спуститься по лестнице чувствуя каждый шаг.выйти на улицу и повести плечом:от существа свободы заноет сердце а в тактдвижению век вольется ночной рассветв мое одиночество суммой случайных встреч.(классики иногда слишком явно лгутпоэтому мало кто их способен беречь).но прохладно. извне температура днаэмигрирует вглубь горячего «ты».казуистика скажешь? родная однаты сумела отдать себя волшебству простоты.остается время чтобы закрыть глазалечь лицом на ладони свои (так увы верней)и вспомнить как безупречно тонка былашея ее в кольцах минувших дней.1995

мне холодно вчера

мне холодно вчера и будет завтра.немая безысходность в ритме болина муравьиный шест венок лавровыйнанизывает в такт и не вздохнуть.актриса уронила запах тленана лацканы своей последней роли.мужской пиджак и туфельки по крышамкак весело и славно падать вниз.мессир! побудьте магом! вам возможно.пусть тонок пульс и слезы дробью в горлезамусорен эфир. я стекленеюно покидаю воздух не дыша.а страхи ни к чему: бесплотны тенибесплатны мысли серебро реально.а верность свыше данному союзубыла быть может даже хороша.1995

выдохнув