Белая гвардия Фридриха Эберта

6) бронеотряд (включавший 2 бронепоезда, из которых один был вооружен 2 орудиями, а другой — 2 орудиями и 5 пулеметами, и 2 бронеавтомобиля, вооруженные 2 пулеметами каждый);

7) радиоотряд;

8) телефонно-кабельный отряд;

9) отдел связи;

10) речная флотилия (состоявшая из 3 «канонерских лодок» — по некоторым данным, переоборудованных под «канонерские лодки» гражданских речных пароходов — вооруженных 1 револьверным орудием и 1 пулеметом каждая и действовавших на реке Аа);

11) саперный батальон в составе 2 саперных рот и инженерно— мостостроительного отряда,

12) грузовая автотранспортная колонна N 097;

13) легковая автоколонна;

14) служба продовольственного снабжения (включавшая полевую скотобойню и полевую хлебопекарню);

15) 2 колонны конно-гужевого транспорта (колонна Вернера и колонна Кернера);

16) конно-ветеринарный лазарет;

17) полевой госпиталь;

18) отряд эвакуации раненых и пострадавших;

19) передвижной склад запасного оборудования и оснащения;

20) 383-я станция полевой почты;

21) рота железнодорожной охраны;

22) конный отряд полевой жандармерии;

23) полицейский батальон.

Командир Железной дивизии с полным основанием опасался, что Антанта и правительство Веймарской республики задумали расчленить дивизию и расформировать ее под предлогом эвакуации. Его опасения вполне оправдались, когда дивизион пешей артиллерии был эвакуирован насильно, против воли офицеров и нижних чинов. 23 августа 1919 года аналогичный приказ прибыть в Митаву для эвакуации получил и батальон лейтенанта флота фон Рикгофа. Явившись на митавский вокзал в сопровождении капитана Гудериана, майор Бишоф отдал приказ батальону Рикгофа выгрузиться в Шаулене и расквартироваться в ожидании дальнейших приказаний. На следующий день Бишоф, в целях разъяснения обстановки, обратился к войскам со следующим воззванием:

Солдаты Железной дивизии!

Я намеревался обеспечить Вам возможности для проживания в этой стране. На основании договоров, заключенных с латвийским правительством в соответствии с нормами международного права, я принял Вас на службу и обещал Вам, что вы сможете здесь поселиться.

Поэтому Вы оставили дома и родных, поспешили сюда и в тяжелых боях ценой собственной крови завоевали и освободили от большевизма эту страну.

И вот теперь латвийское правительство отказывается от соблюдения договоров. Германское правительство подписало позорный мир и тем самым лишило меня возможности сдержать данные мной Вам обещания. Тем самым правительство само взяло на себя ответственность за все дальнейшие события, и я намерен защитить перед ним Ваши права.

Поэтому я обратился к нему с нижеследующим посланием.

Прошу понять меня правильно — речь идет лишь о том, чтобы добиться соблюдения Ваших заслуженных законных прав. Я далек от мысли нести в Германию какую бы то ни было контрреволюцию. Я хочу лишь позаботиться о Вас. А потому — поддержите меня все как один! Я один несу ответственность за все, причем беру ее на себя совершенно сознательно, ибо знаю, что Вы оказали мне высокое доверие, которое я намерен оправдать и оправдаю.

Подпись: Бишоф.

Приложенное к этому воззванию послание командира Железной дивизии правительству Германской Империи (как официально продолжало называться германское государство и при республиканском режиме) содержало подробное изложение пожеланий Бишофа касательно снабжения его солдат и обещание не предпринимать никаких военных действий против демократического правительства. В то же время из него совершенно недвусмысленно явствовало, что Железная дивизия в полном составе останется в Курляндии до получения соответствующих правительственных гарантий.