Белая гвардия Фридриха Эберта

Внутриполитический кризис в Германии все больше обострялся. Поражения германских красных в боях с белыми добровольцами нисколько не охладили пыл ревностных сторонников «подталкивания» германской революции из Совдепии. Так, Джугашвили-Сталин — «достойный» продолжатель дела Ульянова-Ленина — в своем выступлении на заседании Политбюро ЦК РКП (б) 21 августа 1923 года заявил: «Либо революция в Германии провалится и побьют нас, либо там революция удастся, все пойдет хорошо. И наше положение будет обеспечено. Другого выбора нет».

Все средства, беспощадно выкачиваемые большевиками из захваченной ими России, вкладывались в раздувание Мировой «пролетарской» революции (даже в тех странах, где никакого «пролетариата» не было — например, в Монголии, Иране и Афганистане), в первую очередь — революции в Германии. При этом красных хозяев Кремля совершенно не волновала судьба закабаленных ими и ограбленных до нитки русского народа и других народов России. Когда в 1921–1922 гг. в 45 губерниях России голодало 40 миллионов человек (о благословенные времена якобы «вечно голодной» царской России!) и дело сплошь и рядом доходило до людоедства, щедрый спонсор большевицкой партии и «буревестник революции», литератор-миллионер Максим Горький (пребывая отнюдь не на залитой кровью, голодной и страждущей Родине, а за границей) преспокойно заявлял берлинским журналистам: «Я полагаю, что из 35 миллионов голодающих большинство умрет» (Горький М. О русском крестьянстве. Берлин, 1922, с. 43^_33). При этом «великий пролетарский писатель-гуманист» вовсе не находил в голодной смерти десятков миллионов своих соотечественников ничего плохого: «… Вымрут полудикие, глупые, тяжелые люди русских сел и деревень (…) и место их займет новое племя — грамотных, разумных, бодрых людей» (Литературное наследство. т. 70, М., 1963, с. 57).

Короче, Коминтерн отдал приказ, КПГ начала его выполнять. Организованная КПГ в августе мощнейшая всеобщая забастовка заставила уйти в отставку имперское правительство Вильгельма Куно. Новое германское правительство канцлера Густава Штреземана, приступившее к исполнению своих обязанностей в сентябре 1923 года, раздраженное бесконечными попытками красной Москвы спровоцировать в Германии большевицкий переворот, сменило прежний курс, направленный на сотрудничество с Советской Россией, рассматриваемой как противовес Антанте (основа которому была положена Рапалльским договором 1922 года, заключенным между министром иностранных дел Германии Вальтером Ратенау и большевицким наркомом «Коко» Чичериным), на новый, стремясь к примирению с западными державами. В Москве подобная смена курса была расценена как серьезная угроза и «попытка международного империализма усилить изоляцию Страны Советов».

В дни пика выступлений «спартаковцев» в Германии Политбюро ЦК РКП (б) на своем заседании 4 октября 1923 года приняло решение об организации «вооруженного восстания германского пролетариата», назначив его на 9 ноября 1923 г. (удивительное совпадение с датой «пивного путча» Гитлера-Людендорфа в Мюнхене!) и увеличив предназначенный для финансирования германской большевицкой революции особый фонд на 500 000 золотых рублей. На закупку и ввоз в Германию оружия, на командировки руководителей и инструкторов вооруженного восстания было затрачено более 60 миллионов золотых рублей, но вторая «ноябрьская революция» в Германии так и не состоялась.

В сентябре и октябре ряд высших офицеров со своими подразделениями отказались подчиняться берлинскому правительству. 1 октября 1923 года взбунтовались части «Черного рейхсвера», размещенные в крепостях Кюстрин и Шпандау. В зоне ответственности III (Берлинского) военного округа были расквартированы части «Черного рейхсвера», разбросанные небольшими гарнизонами по Бранденбургу, в Деберице, Шпандау, Потсдаме, Ратенове, Фюрстенвальде, Бескове, Франкуфурте-на-Одере, Кюстрине — везде совместно с гарнизонами официального рейхсвера, от которых получали снаряжение и пищевое довольствие. Непосредственное руководство этими частями «Черного рейхсвера» осуществляло «Бюро ландесшуца» при III военнном округе во главе с отставным майором Эрнстом Бухруккером и обер-лейтенантом Паулем Шульцем. Их начальниками являлись, в свою очередь, капитан Фромм и подполковник фон Бок из штаба военного округа (будущие генералы вермахта и участники антигитлеровского заговора 1944 года).