Белая книга "холодной войны"

Советским специалистам сказали, что захвачены они как заложники и их будут менять на бандитов, взятых в плен «царандоем». После этого стал говорить тот, что был в очках. Сообщил, что зовут его Исмаилом, он жил якобы долго в Ташкенте, а теперь служит здесь как «наставник ислама». Но склонять к принятию этой веры, как это делали другие, он не стал. Вместо этого раздал каждому листовки и брошюрки на папиросной бумаге. В них были призывы «покинуть Афганистан», переехать на Запад и вступить в ряды НТС. «Инструктор ислама» был не кем иным, как работающим в НТС эмигрантом, заброшенным в Афганистан по указанию ЦРУ.

— Почитайте, — сказал энтээсовец, — после поговорим. С нами легче поладить, чем с «полковником» Гульбеддином. Если вы пожелаете поступить в наше распоряжение, мы доставим вас в Западную Европу. Будете делать, что вам говорят, — получите деньги. А эти, — он кивнул в сторону басмачей, — с вами не будут церемониться. Потаскают по кишлакам, а потом перережут. Утром приду за ответом.

— Ночью мы единодушно решили, — рассказывает инженер М. Сафонов, — что ни к энтээсовцам, ни к басмачам для нас пути нет. Лучше умрем, чем предадим Родину. Так и сказали, когда Исмаил утром пришел. Тот даже передернулся от ярости.

— Пеняйте теперь на себя, — сказал он, — вы сами подписываете свой смертный приговор.

Вслед за этим появились «полковник» и староста кишлака с карабином в руках. Они вызвали переводчика Садунова и инженера Патенко и вывели их из дома. Нас тоже погнали на улицу конвоиры. Было холодно, шел снег. Патенко и Садунова подвели к краю обрыва и поставили в затылок друг к другу. Басмач зарядил карабин и сказал, что убьет одной пулей обоих, если не согласятся перейти в его веру. Те стояли и ждали смерти. Басмач выстрелил в воздух…

Издевательства, пытки продолжались несколько дней. Три часа на морозе обливали водой Карцева. Колодяжному заломили за спину ногу, привязав к шее и оставили так задыхаться. Николаева искололи штыками. От них вновь требовали отречься от Родины. Заставляли прочесть в микрофон энтээсовские призывы, лжесвидетельства в адрес Отечества для того, чтобы записать на пленку и передавать в эфир через подрывные радиостанции. Но ничто не сломило людей.

Свобода пришла, когда утром над кишлаком раздался гул вертолетов. Это был наш десант. О случившемся дальше рассказывает М. Сафонов:

— В дом, где нас держали под стражей, вбежал душман с автоматом в руках. Он кинулся к окнам, сорвал пленку, которая заменяла стекла, и стал бить по нашему вертолету. В проеме двери появился другой душман, он дал очередь по лежавшим людям. Меня ранило в левую руку. Кто-то крикнул: «Ребята, мне в сердце попало!» — и захлебнулся кровью. Грохнул взрыв, все окуталось пылью и дымом. Я вскочил и увидел, как Ткаченко пытается выбить окно, заделанное камнями. Карцев с камнем в руках бросился к двери, крича мне: «Прыгай в окно!» Я прыгнул, скатился с откоса, упал за каменный бруствер. Надо мной ревел вертолет, крутя пыль и мелкие камни. Солдаты прыгали из него. «Не стреляйте туда, там наши», — только это и успел я сказать. Очнулся в воздухе. Вертолет уносил меня и спасенных товарищей.

Кто им поверит!

Операции пропагандистской войны, в которой участвуют НТС и РС/РСЕ, ставят целью воздействовать на различные аудитории: на советских воинов в Афганистане, на население территории СССР, на граждан зарубежных стран. Применительно к каждой из них препарируют и тасуют факты, подбирают аргументацию, ставят акценты. Но в основе любой из акций лежит клевета и ложь.

Энтээсовцы пытаются разжечь страсти, публикуя в своих изданиях материалы о погибших советских воинах, утверждая, будто советские люди не знают о них и относятся к ним с безразличием, что «парни пропали зазря». Нет, Родина чтит память героев! «Комсомольская правда» со скорбью и восхищением писала о подвиге Николая Якшова, Раиса Вакасова, Юрия Галкина, машину которых в упор расстреляли переодетые в форму армии ДРА басмачи. Грузовик вез тол для строительного карьера и загорелся, грозя гибелью всей колонне. Солдаты повернули пылающий автомобиль в сторону. Они погибли, спасая товарищей. Много писем от советских людей пришло в их часть. Среди них письмо школьников из села Кузнецы Марийской АССР, где жил Николай Якшов. Дети писали, что имя героя носит теперь их пионерский отряд. «Мы дали слово быть похожими на Николая, а если потребуется, то тоже отдать жизнь за мир и справедливость», — говорится в письме.

А вот выдержки из писем, присланных тем воинам, чьи имена встречались в публикациях газеты «Красная звезда». «Многие мои боевые товарищи пали в боях, — пишет ветеран Великой Отечественной войны И. Депутатов, оператор листопрокатного цеха Коммунарского металлургического завода. — Дорогой ценой заплачено за победу, за свободу братских народов. Верю, что подвиг воинов-интернационалистов никогда не будет забыт».