Лилия ДерябинаБелая лилия,или История девочки в немецком плену

© Дерябина Л.В., текст, 2015

© фото из семейного архива

Моей маме — самой смелой, сильной, красивой и удивительной женщине

и

Фрау Анне — женщине, благодаря которой я осталась жива.

Уважаемые читатели!

История хранит немало воспоминаний о войне, о судьбах детей, побывавших в концлагерях, работавших в плену в фашистской Германии.

Воспоминания Дерябиной Лилии Васильевны, которые мы собираемся предложить Вашему вниманию, могут показаться кому-то уже где-то прочитанными или ранее слышанными. Но никого, и в этом мы убеждены, они не оставят равнодушными. Они трогают душу искренностью беззащитного ребенка, на месте которого могли оказаться и мы, и наши дети, родись лет на семьдесят раньше. Они очень правдивы и искренни.

Нам трудно представить, как эта маленькая девочка могла вынести столько испытаний и горя, перенести столько страха и боли. И не только вынести, но и помочь выжить в тех нечеловеческих условиях маме и братику, сохранить веру и любовь к жизни.

Много лет Лилия Васильевна собиралась рассказать историю своей жизни. Но всегда что-то останавливало. Сначала хотелось все скорее забыть, потом страшно было вспоминать о пережитом.

Но сегодня, когда в мире опять неспокойно, когда каждый день видишь на экране перепуганных и плачущих детей, лагеря беженцев; людей, брошенных своей страной и не принятый другой, начинаешь понимать, пришло время вспомнить то, что было семьдесят лет назад.

Угроза фашизма, насилия становится реальностью, поэтому книга Лилии Васильевны Дерябиной особенно актуальна сегодня.

Предисловие

Я — бывший несовершеннолетний узник концлагерей. Так называется официальный статус детей, побывавших в концлагерях и гетто, созданных фашистами и их союзниками, во время Великой Отечественной войны 1941–1945 годов.

Это сейчас меня зовут Лилия Васильевна, а в те годы я была маленькой девочкой, и звали меня просто Лиля. От имени Лили я и буду вести свой рассказ о самой страшной войне в истории ХХ века. Я — непосредственный ее свидетель и в какой-то степени участник.

Много испытаний мне пришлось пережить: и жестокие годы войны, и ад фашистский концлагерей, и голодное послевоенное детство, и равнодушие и черствость чиновников в зрелом возрасте. Но особенно тяжела была ноша непонятной мне вины перед Родиной. Вины за то, что была в плену в фашистской Германии.

Я хочу рассказать о событиях, которые тяжелым катком прошлись по моей жизни. Таким тяжелым, что я до сих пор просыпаюсь в холодном поту, если вижу сны из тех лет, в которых возникают отдельные эпизоды моей жизни в мельчайших подробностях: снова слышу выстрелы, лай собак, немецкую речь, плач и стоны людей. Просыпаюсь в страхе и бегу на кухню, наливаю в стакан воды, капаю несколько капель валерианы и возвращаюсь в постель, но уснуть уже не могу …

Я хочу, чтобы нынешнее поколение знало правду о том, что пришлось вынести всему нашему советскому народу в Великую Отечественную войну и особенно нам, детям …

Что осталось в памяти из того далекого времени?

Глава первая. Поезд идет на запад

Очень хорошо помню начало июня 1941 года. Владивосток. Жаркое, душное утро приморского города. Мы на железнодорожном вокзале. Меня и маму провожают на поезд Владивосток-Москва, мы едем в отпуск в город Брянск к папиным родителям. Папа уже там.

Мне четыре с лишним года, я — крепкий здоровый ребенок, веселый и очень подвижный.

Мама небольшого роста, гордая осанка и тонкие черты. У нее густая копна темно-каштановых волос, ее миндалевидные зеленые глаза так и искрятся! Прощались с родственниками легко — ведь мы думали, что через месяц они снова будут нас встречать на этом же вокзале.

Увы! Тогда мы и не предполагали, что уже никогда не вернемся в свой родной город!

Путь предстоял долгий. В нашем вагоне всего двое детей: я и мальчик лет пяти. Мы весело резвились. Пассажиры относились к нам дружелюбно, приглашали в купе, угощали чем-то вкусным. Помню, как кто-то крикнул «Байкал!», и все кинулись к окнам. Вода Байкала подкатывала прямо под колеса вагона, и мне казалось, что вагон плывет по озеру, как корабль…

В Брянске нас встречали папа и дед. Высокий, широкоплечий, статный мужчина, с пышными усами и удивительно молодыми, ярко-голубыми, глазами. Когда мы вышли из вагона, он поднес руку ко лбу и, подмигнув, сказал моему отцу: «Вася, ты кого привез, я что-то никого не вижу?»

Подошел к моей маме, обнял ее, поцеловал, потом подхватил меня и посадил себе на плечи. Недалеко у станции стояла лошадь с подводой.

Дед усадил всех на подводу, и мы тронулись в путь, в деревню Малое Полпино. Дорога проходила через густой лес. Я вертела головой — мне все было интересно. Подъехав к дому, дед открыл ворота и по ступенькам красивого крыльца завел нас в чистую горницу, украшенную вышитыми занавесками.