Bella Figura, или Итальянская философия счастья. Как я переехала в Италию, ощутила вкус жизни и влюбилась

Это был первый тревожный звоночек, и мне стало не по себе. Разумеется, если я захочу, то всегда смогу нажать на тормоза, ведь так? Или я уже зашла слишком далеко? Пока я растерянно ковырялась в еде, Дино извинился и удалился в уборную. Я быстро вынула телефон и набрала сообщение Джакомо, разносчику пиццы, согласившись пообедать с ним на следующий день (он зазывал меня с тех самых пор, как мы ходили в пиццерию). Как бы между прочим я добавила, что приехала на экскурсию в Монтериджони и, если до завтра не вернусь, пусть высылает отряд спасателей (приписав «ха-ха»). Потом я снова запихнула телефон в сумку. Вот теперь, если Дино окажется маньяком-убийцей, кто-нибудь точно заметит мое отсутствие и будет знать, где меня искать. Разумный ход, раз уж Дино внезапно показался мне таким опасным.

Вернувшись, он вновь обрел свое обычное обаяние, и мы с наслаждением доели ужин, запивая его превосходным красным вином. От вина я расслабилась, и, когда мы, хихикая, вышли на площадь, он повел меня в отель.

– Давай посмотрим цены, amore. Если разумные, останемся.

Вот так, он уже все решил.

Администратор с прищуром посмотрел на меня поверх очков: ни чемоданов, ни паспортов. В этот момент мне хотелось провалиться сквозь землю. Когда вернулся Дино и взял меня за руку, я заметила, что он откуда-то достал две упаковки с зубными щетками и крохотными тюбиками зубной пасты. Ни слова не говоря, он отвел меня в номер, дождался, пока администратор уйдет, а затем с силой бросил на кровать. Все возражения застряли у меня в горле, когда он умело принялся ласкать меня, покрывая поцелуями, поглаживая мое тело, незаметно сняв одежду. Затем он встал надо мной, обнаженный; у него был гладкий мускулистый торс и сильные, красивые руки.

– Bellissima sei[67], – мурлыкнул он, взяв в свои изящные пальцы мою грудь, пройдясь по талии и наконец погрузившись между бедер, словно поглотив меня своим телом.

Это был настоящий пожар – никакого цирка солнца, все намного глубже и серьезнее, вся игривость испарилась. Его взгляд был прикован к моему, и он начал двигаться сверху, крепко держа мои запястья.

Под его поцелуями я расслабилась, но инстинктивно продолжала бороться с его силой, сама не зная, было ли это борьбой или игрой. Но от этого он стал еще настойчивее, грубее, и резко вошел в меня. Я сделала глубокий вдох, вцепившись в него и кусая его губы, впиваясь ногтями в его спину, до крови.

– Сдавайся, – прошептал он, не сводя с меня глаз. – Аmore, сдавайся, ты моя. Тебе не победить!

И я поддалась его ритму, сдалась. Лишь под утро, когда мы лежали изможденные, он – со спиной, исцарапанной моими ногтями, и искусанными губами – снова стал ласковым, нежно прижал меня к себе и прошептал: «Amore mio». И мы провалились в забытье, крепко обнявшись.

– Луиго, я все-таки легкодоступна! – объявила я, входя в бар на следующий вечер.

– Я знал… Не зря ты мне так нравишься, bella, – парировал он.

Когда я принялась рассказывать о нашем круглосуточном свидании с Дино, Луиго присвистнул.

– Так-так-так, – восхищенно пробормотал он. – А он и в самом деле охотник!

– О чем это ты? – спросила я.

О напористости Дино я ничего не говорила – да и сама как будто вычеркнула эту деталь из своей памяти. Оставшуюся часть ночи он был таким нежным, что я убедила себя, что просто перепутала силу со страстью, которая пробудила во мне необузданность.

– Ну, он ведь имел при себе крупнокалиберное оружие? – Луиго обмахивал столики чайным полотенцем. – Мода, Сиена, горячие источники, Монтериджони! Неудивительно, что ты не смогла устоять!

– Луиго, я влюбилась! – взвизгнула я на весь пустой бар. – Я знаю, еще рано, но я правда в него по уши влюблена!

– То, что ты чувствуешь, bella, – упрямо гнул свое Луиго, – вовсе не любовь. Поверь мне, это чувство идет не отсюда, – приложил он ладонь к сердцу.

– Замолчи! – Я зажала уши руками и замотала головой: – Ла-ла-ла-ла-ЛА! Я тебя не слышу…

– Va bene[68], – приобнял он меня. – Наслаждайся жизнью, bella, похоже, у вас очень красивый роман.

Мы неслись по набережной Арно в «небольшой семейный домик – тебе понравится!». Дино пришел ко мне домой сразу после работы, и мы так долго занимались любовью, что он обеспокоился, как бы мы не опоздали на ужин.

– Amore, нужно перекусить чем-нибудь легким, – объявил Дино, когда я забиралась к нему в машину. – Уже поздно, наши желудки сейчас не смогут переварить пасту. Омлет со свежими carciofi – как ты там их назвала? – Он задумался, вспоминая слово. – Помнишь, овощи с сердцем.

Я рассмеялась: в Италии даже у овощей было сердце!

– Артишоки?

– Siiiiii, amore, – довольно воскликнул он, потрепав меня по щеке. – Ты не только красивая, но и умная!