Белорусские земли в советско-польских отношениях

Установка на скорейшее подписание мирного договора получила одобрение делегатов съезда белорусских Советов. Выступивший с докладом по данному вопросу и. о. председателя ЦИК БССР (с 18 декабря 1920 г. председатель СНК БССР) А.Г. Червяков заметил, что отказ от ратификации договора приведет к затягиванию войны с Польшей, а также пообещал, что после скорой победы коммунистической революции в Польше условия мирного договора будут пересмотрены. Аргументы руководителя БССР были признаны присутствующими достаточно убедительными. Съезд единодушно ратифицировал Рижский прелиминарный договор, поручив российской делегации вести переговоры об установлении границ, заключении мира и связанных с этим договоров, политических и экономических, об обмене военнопленными и др.⁴⁸⁸

Такая позиция полностью соответствовала убеждению Чичерина, что «в случае появления непосредственно Белорусской делегации в Риге она там опрокинет все наши дипломатические комбинации», в связи с чем необходимо «ограничиться имеющейся комбинацией, то есть мандатом от Белоруссии правительству РСФСР, который был подтвержден Белорусским Съездом Советов, без непосредственного мандата от Белоруссии делегации в Риге»⁴⁸⁹.

После декабрьского съезда Советов СНК БССР стал настаивать на том, что самоопределение белорусского народа состоялось, и только он является его единственным легитимным правительством. В этом ему помогала Москва, требуя от литовского правительства, чтобы оно проводило дружественную БССР политику, а также убедило Ластовского отказаться от претензий на власть в Белоруссии и признать БССР. Платой за это должна была стать открытая поддержка литовской стороны в виленском конфликте. В шифровке советскому представителю в Ковно А.Е. Аксельроду от 18 января 1921 г. Г.В. Чичерин так охарактеризовал позицию РСФСР: «Относительно коридора поляки непоколебимы. Мы же не можем возобновлять войну ради этого второстепенного вопроса, но это не помешает нам оказывать дипломатическое содействие Литве. Удивляюсь, почему до сих пор не удалось [добиться] от Литвы формального заверения относительно линии Ластовского. Ведь если притязания Ластовского распространяются на Советскую Белоруссию, то Литва резко нарушает договор, давая ему убежище и помогая ему, и заверение о дезинтересации Ластовского в Советской Белоруссии необходимо для того, чтобы поведение Литвы не противоречило договору с нами. Кроме того, необходимо обещание Литвы не участвовать во враждебных коалициях и действиях против нас»⁴⁹⁰.

В конце февраля 1921 г. через литовское правительство были получены официальные заверения Ластовского о том, что его правительство не претендует на власть на территории БССР. Кроме того, Литва пообещала признать Советскую Белоруссию как единственное законное представительство белорусского народа. Таким образом, две соседних с советской Белоруссией страны, Польша и Литва, в разной степени причастные к белорусскому вопросу, признали факт возникновения самостоятельного Белорусского государства. Тем самым было положено начало длившемуся 70 лет процессу суверенизации белорусской нации, завершившемуся в декабре 1991 г. созданием независимой Республики Беларусь.

* * *