Белорусские земли в советско-польских отношениях

Советский федеративный проект основывался на постулате пролетарского интернационализма и единства трудящихся всех национальностей, который при этом сочетался с провозглашением права наций на самоопределение. На практике из этого следовало, что, формально признавая право окраинных народов отделиться от России, фактически советское правительство не собиралось этого позволить. Для Советской России жизненно необходимым было сохранить свою власть над Белоруссией: надежды на мировую революцию обусловили стремление закрепиться на кратчайшем пути в Германию. Поэтому созданный пояс буферных советских республик не мог не замкнуться на белорусском отрезке. Спорным остается вопрос о том, в какой степени на создание БССР, а затем Литовско-Белорусской ССР повлияло провозглашение в 1918 г. Белорусской народной республики. Но доподлинно известно, что в качестве одной из целей создания новых советских республик указывалось противодействие Белорусской раде и Литовской тарибе.

Возрожденная Польша позиционировала себя как форпост Запада в борьбе с большевизмом. Кроме того, поляки всех политических направлений (кроме коммунистов) претендовали на наследство первой Речи Посполитой и не рассматривали вариант разграничения по этническому принципу. Поэтому конфликт с Советской Россией был неизбежен. Советские Литва и Белоруссия, по мысли авторов буферного проекта, должны были охладить пыл польских лидеров, заставив их считаться с приобретшим усилиями американского президента В. Вильсона и большевиков популярность лозунгом самоопределения наций. Объединение же советских Литвы и Белоруссии, кроме стратегических соображений, было продиктовано и желанием взаимно нейтрализовать амбиции местных руководителей, чьи споры о властных полномочиях и территории республик грозили существенно осложнить ситуацию на советском Западном фронте.

Впрочем, Польша проигнорировала эти советские маневры, в течение весны – лета 1919 г. заняв спорные территории и выдвинув альтернативную идею федерации восточноевропейских народов под своим руководством. Федеративные планы польских политиков из лагеря Ю. Пилсудского относительно восточной границы Польши были обусловлены прежде всего желанием присоединить Литву, в первую очередь Вильно. Западные белорусские территории рассматривались как часть исторических литовских земель, которые безусловно должны были остаться в зоне польского экономического и культурного влияния. Национальные демократы во главе с Р. Дмовским оценивали главным образом экономические выгоды от присоединения Белоруссии и возможности ассимиляции белорусов-католиков. Оба эти проекта подразумевали фактический раздел белорусских земель и игнорировали возможность обретения белорусами статуса субъекта международных отношений, зато делали практически неизбежным столкновение с Советской Россией.

Декларация уважения к национальным чаяниям белорусов и литовцев в «Воззвании к жителям Великого княжества Литовского», пробудившая надежды белорусских политиков на помощь и признание со стороны Польши, оказалась фикцией. Пилсудский, практически единолично руководивший польской восточной политикой, не видел в белорусах реального союзника в борьбе с Советской Россией, но и не хотел отталкивать их от себя, чтобы не усиливать враждебный полякам лагерь. Результатом колеблющейся политики Варшавы стало углубление разногласий среди поборников идеи суверенной Белоруссии. Часть из них пыталась добиться признания Белорусской народной республики Антантой, лидеры другой надеялись на помощь

Польши. В рядах эсеров, одной из сильнейших белорусских партий, наметилась тенденция к соглашению с белорусскими коммунистами, а тем самым и к ориентации на РСФСР. Польское же руководство к концу 1919 г. окончательно сделало ставку на силовые методы установления восточной границы, в чем белорусские организации были скорее помехой.

В 1920 г. отношение советской дипломатии к белорусской проблеме было производным от взятой Москвой на рубеже 1919–1920 гг. на вооружение стратегии нормализации отношений с государствами-лимитрофами с целью превратить их в барьер против возможной агрессии держав Антанты. Литву даже надеялись сделать союзником в борьбе с Польшей. Поэтому проект Литбела утратил актуальность. Белорусская политика Кремля в этот период полностью зависела от ситуации на фронтах, взаимоотношений с Литвой и Польшей, в которых белорусские территории то служили театром военных действий, то являлись предметом торга. Поскольку влияние белорусского национального движения как на настроения населения края, так и на ход боевых действий на Западном фронте оставалось минимальным, то и значение этого фактора учитывалось в Москве в весьма слабой степени.