Без денег – ты мертв!

Эйб спокойно продолжил, почесывая нос:

– Молодой человек, не советую, этот город – закрытая зона для приезжих гастролеров. Нас и так здесь предостаточно. Так что оставьте нас и поезжайте в Майами.

Уинн покраснел от злости:

– Остаюсь здесь. За совет не благодарю. Интересно, кто может мне помешать?

– Полиция, – кратко сказал Эйб. – У них квота на преступников, ни больше, ни меньше. Лишние им не нужны. С вами будет так: кто-то доносит, что появилась новая фигура в городе, и вам придется бежать без оглядки, чтобы не оказаться за решеткой. Примите мой совет: уезжайте.

Уинн внимательно посмотрел на старого Леви, поняв наконец, что тот по-своему желает ему добра, и поднялся.

– Спасибо, я подумаю, – нехотя произнес он и, не оглядываясь, не обращая внимания на индианок, вышел из лавки под палящее солнце.

Первый раз в жизни он испытывал страх перед предстоящим безденежьем. Ему совсем не хотелось уезжать из города и покидать Синди. Но красный свет зажегся, ведь Леви недвусмысленно предупредил его. Пожав плечами, Уинн торопливо направился к своему «ягуару».

Глава 2

Блондинка средних лет и мужчина, скорее всего муж, вошли в бар и залезли на высокие стулья за стойкой, заказав виски со льдом. Мужчина, обвешанный дорогими камерами, так и рыскал глазами по сторонам. Заметив живописную фигуру Барни, который в это время уплетал третью порцию гамбургеров, он начал шептать что-то на ухо блондинке, и та, в свою очередь, вытаращилась на Барни. Она как-то ухитрилась втиснуть свой необъятный зад в цветные шорты, которые грозили лопнуть по всем швам, сделай она резкое движение.

– Один из аборигенов, Тим, – произнесла она громким шепотом. – Как я люблю этот город, здесь и пяти метров не пройти, не встретив что-нибудь любопытное.

Барни выглядел немного смущенным.

– Да, мистер Кэмбелл, люди не могут пройти мимо меня. Я – местная достопримечательность. Ставлю пять центов, что перед уходом они захотят сфотографировать меня.

Пари было принято, и я попросил его продолжать.

Барни кивнул:

– Значит, так. Теперь вы знаете Джоя, Синди и Уинна, оставим их на время. – Тут Барни, видя, что блондинка все смотрит на него, поиграл лохматыми бровями и бросил в ее сторону многозначительный взор. Женщина смущенно отвернулась и принялась что-то шептать мужу.

– Немного застенчива, – заключил Барни, – но погодите, скоро они подойдут.

Так как я промолчал, он продолжал рассказ:

– Теперь расскажу о Доне Эллиоте. Вы, конечно, видели фильмы с ним. Высокий, атлетически сложенный красавец, сводящий с ума женский пол. Так вот, когда умер Эрл Флинн и в кино появилась свободная вакансия киногероя, кинокомпания «Пасифик пикчерз» подписала контракт с Доном, и после небольшой шлифовки он вполне смог заменить ушедшее светило. Первые же три фильма принесли успех. Из Эллиота получилась неплохая смесь Флинна и Фэрбенкса-старшего, хотя как актер он был невелик. Его агент Сэм Льюистон, ловкий малый, сумел договориться с компанией о неплохих процентах для Эллиота, и тот по-настоящему разбогател. Впрочем, как большинство кинозвезд, он быстро проматывал деньги.

Барни сделал паузу, доедая последний гамбургер, затем продолжил:

– Странно, но все эти звезды считают, что, если они не будут бросаться деньгами, весь мир сочтет их дешевкой. Эллиот не был исключением: шикарные автомобили, огромные виллы с бассейнами, подарки многочисленным любовницам и тому подобное. Приехав в Парадиз-Сити, он выстроил виллу на холмах, и, уж будьте уверены, мистер Кэмбелл, там было все, что душе угодно. Я слышал: она обошлась ему в полмиллиона долларов, может, преувеличение, а может, и нет. Один из моих знакомых газетчиков написал статью об этой вилле и сделал снимки. – Барни шумно вздохнул. – Чего там только нет! Четыре спальни, четыре ванные комнаты, гостиная, свободно вмещающая две сотни гостей, без того чтобы они дышали в затылок друг другу; столовая, бассейн, игровая комната, сауна, словом, все, даже собственный кинотеатр. Держал три автомобиля: «роллс», «альфу» и спортивный «порше». Славился гостеприимством, его любили, охотно принимали приглашения и приглашали его. Фильмы с его участием неизменно имели успех и приносили немало денег. Жизнь улыбалась ему, как вдруг все резко изменилось…

В это время полная женщина со своим спутником слезли со стульев, и Барни, подмигнув мне, выпрямился и принялся разглаживать грязную майку на животе. Но пара, даже не взглянув в его сторону, вышла на улицу.

Наступило продолжительное молчание, после которого я напомнил, что он должен мне пять центов.

В полном недоумении покачав головой, Барни произнес:

– Такого еще не бывало… Вы бы не поверили, сколько раз меня снимали эти туристы.

– Пять центов, – повторил я.

Но он только махнул рукой и твердо произнес:

– Давайте вернемся к Дону Эллиоту. – Барни отодвинул пустую тарелку, показал Сэму, что требуется пополнение, дождался его и продолжал: