Безрукий воин. Три подвига Василия Петрова

Василий учился в семилетней школе в Дмитровке. Как многие мальчишки любил читать книги, как тогда говорили, «про войну». Особенно сильное впечатление на Васю произвел роман-эпопея «Цусима». Писатель Алексей Новиков-Прибой сам был участником Цусимского морского сражения во время Русско-японской войны 1904–1905 годов. В своей книге он показал героизм простых русских матросов, а также трусость и бездарность многих их командиров, которые привели к страшному поражению русского флота.

Мальчик плакал, когда читал о броненосце «Александр ІІІ», который встал во главе боевой колонны и повел ее на прорыв. На этот броненосец обрушился огонь двенадцати японских кораблей, а он, приняв на себя всю тяжесть артиллерийского удара, ценою своей гибели спасал остальные русские суда.

Вот как описывает писатель последние минуты этого корабля и его мужественного экипажа:

«К вечеру это была уже не война, а бойня.

Броненосец «Александр ІІІ», как и другие корабли, не выдержал, наконец, неприятельского натиска. В шесть часов, сильно накренившись, он вышел из строя. Вид у него в это время был ужасный. С массою пробоин в борту, с разрушенными верхними надстройками, он весь окутался черным дымом. Из проломов, из кучи разбитых частей вырывались фонтаны огня. Казалось, что огонь вот-вот доберется до бомбовых погребов и крюйт-камер и корабль взлетит на воздух. Но броненосец через некоторое время оправился и, слабо отстреливаясь, снова вступил в боевую колонну. Это была последняя попытка оказать врагу сопротивление».

Автор пишет, что большинство офицеров на корабле были убиты или ранены, кто командовал им, осталось загадкой, но он продолжал движение:

«…Поведение этого гордого корабля в самом ужасном морском бою, какой только знает история, у многих будет вызывать удивление.

Броненосец, вступив снова в строй, переместился уже в середину колонны, а свое почетное головное место уступил однотипному собрату «Бородино». Здесь, на новом месте, «Александр ІІІ» продержался еще какие-нибудь двадцать – тридцать минут. Достаточно было ему подвергнуться еще нескольким ударам крупнокалиберных снарядов, чтобы окончательно лишиться последних сил. На этот раз он выкатился влево. Очевидно, у него испортился рулевой привод, руль остался положенным на борт. От циркуляции получился сильный крен. Вода, разливаясь внутри броненосца, хлынула к накренившемуся борту, и сразу все было кончено…

С крейсеров «Адмирал Нахимов» и «Владимир Мономах», следовавших за броненосцем, видели, как он повалился набок, словно, подрубленный дуб. Многие из его экипажа посыпались в море, другие, по мере того как переворачивалось судно, ползли по его днищу к килю. Потом он сразу перевернулся и около двух минут продолжал плавать в таком положении. К его огромному днищу, поросшему водорослями, прилипли люди. Полагая, что он еще долго будет так держаться на поверхности моря, на него полезли и те, которые уже барахтались в волнах. Издали казалось, что это плывет морское чудовище, распустив пряди водорослей и показывая рыжий хребет киля. Ползающие на нем люди были похожи на крабов.

Оставшиеся корабли, сражаясь с противником, шли дальше.

Свободно гулял ветер, уносясь в новые края. Там, где был «Александр ІІІ», катились крупные волны, качая на своих хребтах плывшие обломки дерева, немые признаки страшной драмы. И никто и никогда не расскажет, какие муки перенесли люди на этом броненосце: из девятисот человек его экипажа не осталось в живых ни одного…»

Вася тогда старался вместе с автором романа понять, почему русская эскадра потерпела сокрушительное поражение? И что нужно сделать, чтобы этого не повторилось? Он тогда не знал, что эти вопросы будет задавать себе во время страшного разгрома советских армий летом 1941 года.

Когда Василий окончил Нововасилевскую среднюю школу и встал вопрос, кем быть, отец посоветовал сыну: «Становись военным. Тебя оденут, обуют, накормят». Степан Софронович рассуждал с чисто житейской точки зрения. Военных людей в СССР уважали, ими гордились, их любили. Но о них еще и заботились. Для рабоче-крестьянской армии, воздушного и морского флотов страна выделяла все, что могла, обделяя гражданское население.

В Мелитопольском военкомате, посмотрев школьный аттестат Василия Петрова с хорошими оценками, посоветовали семнадцатилетнему юноше поступать в Сумское артиллерийское училище имени М.В. Фрунзе. Училищем оно стало всего два года назад, до этого называлось артиллерийской школой. Тогда же был произведен первый выпуск. Выпускникам присвоили звание «лейтенант».