Библейский театр

Пророки, в особенности Исаия и его продолжатель времен пленения, с их блестящими грезами будущего, с их пылким красноречием, с их порицаниями, чередующимися с волшебными картинами, были его настоящими учителями. Он, без сомнения, прочел и несколько апокрифических книг, т. е. творения, почти ему современные, авторы которых, чтобы придать себе авторитет, который придавали лишь очень древним писаниям, прикрывались именами пророков и патриархов. Особенно поразила его книга Даниила. Книга эта, написанная восторженным иудеем времен Антиоха Эпифана и изданная им под именем древнего мудреца, была выражением идей последнего времени. Автор ее, истинный творец философии истории, впервые отважился усмотреть в движениях мира и последовательности царств лишь функцию, подчиненную исключительно судьбам иудейского народа. Иисус в юности был проникнут этими высокими надеждами. Быть может, он прочел также и книги Еноха, в то время чтимые наравне со священными, и другие писания того же рода, поддерживавшие столько усиленную деятельность народного воображения. Пришествие Мессии с его славой и ужасами, народы, крушащиеся один за другим, разрушение неба и земли были обычной пищей его фантазии; и так как эти события считались близкими и масса людей искала возможности вычислить время их наступления, то сверхъестественный порядок, в который переносят нас подобные видения, казался ему вначале и естественным, и простым».

Русский мыслитель: К перечисленным Ренаном учителям и книгам я бы добавил самых главных учителей, наставников и вдохновителей – отца Иисуса плотника Иосифа и родственника по материнской линии – священника Захария. А что сам Иисус говорит об этом?

Сцена четвертая: Отец и Сын

От автора: Сын ничего не может творить Сам от Себя

Ренан: «Иосиф скончался прежде, чем его сын успел выступить общественно.

Весьма правдоподобно, что, почувствовав себя после смерти мужа чужой в Назарете, она11 удалилась в Кану, откуда, по-видимому, была родом.

По-видимому, Иисус прожил некоторое время в этом местечке. Там, быть может, прошла часть его юности и там он впервые появился. Он занимался ремеслом своего отца, т. е. плотничеством; в этом не было ничего ни унизительного, ни неприятного. Еврейский обычай требовал, чтоб всякий, посвятивший себя умственному труду, знал какое-нибудь ремесло».