Бигуди для извилин. Возьми от мозга все!

Вооружившись в начале пути такими полезными советами, продолжим наше движение вглубь «пространства проблем». Уточним, однако, что наша цель — и ранее, и в дальнейшем — не «натаскивание» читателей на методики решения различных задач — пусть и творческого характера. Т. е. мы не собираемся просто перечислять эвристические правила действий, обычно используемые для разрешения проблем специально перечисленных типов, и классифицировать их до бесконечности (вспомните слова лорда Келвина о родах рычагов!).

Конкретно ориентированные стратегии движения в «пространстве проблемы», предназначенные для указания в нём оврагов, узких мостов, опасных поворотов и т. д., иногда называют дескриптивными принципами. Они напоминают книжки для абитуриентов с названиями вроде «Характерные ошибки поступающих в вузы», где перечислены и описаны типовые ошибки в типовых задачах. Но откуда следует, что на экзамене попадётся именно что-то типовое? А если задача будет совершенно неизвестная? Чем учиться не ошибаться в типичных, стандартных случаях, запомнив набор приёмов и инструкций, не лучше ли научиться думать так хорошо, чтобы суметь самому решить любую задачу, да ещё и, может быть, новым оригинальным методом?

Поэтому куда более важными нам представляются прескриптивные принципы: они не только предупреждают об опасных поворотах и ненадёжных мостиках, но предписывают кратчайший — верный и безопасный — путь к цели. Более того, по дороге иногда попутно удаётся ещё и приобрести что-нибудь полезное. Может быть, даже такое, чего никто никогда не видел — так появляется новое знание.

Прескриптивные принципы, в отличие от дескриптивных (М. Левин), по сути, и есть алгоэвристические схемы или эвристики. Они показывают не то, как не надо действовать, а именно как надо действовать при отыскании наиболее эффективного, нового, возможно, ведущего к открытию, способа решения проблемы. Конечно, среди них не очень много принципов абсолютно универсальных, пригодных вообще для всякой задачи. Однако для задач из разных областей можно найти подходящие инструменты. Так сказать, способы передвижения. Ведь там, где можно проехать на машине, не стоит надевать лыжи. Надо лишь научиться самому выбирать — на чём и куда двигаться.

Есть ещё одна опасность в описании таких принципов. Как заметил М. Левин, иногда прескриптивные правила действий формулируются крайне абстрактно. Например, кому поможет при решении сложной задачи или жизненной проблемы совет типа «Нужно составить план действий»? Какой? Как? На основании чего? Или, скажем, указание «Теперь следует проанализировать, как совершить переход от известных фактов к обобщающему их утверждению». А действительно, как перейти? Да, иногда достаточно некоторого общего совета. Но иногда — и чаще — хорошо бы знать, как конкретно составлять план или выходить на более высокий уровень абстракции, обобщения.

Мышление начинается там, где появляется задача, где возникает необходимость поиска верного пути к решению. А это означает, что появляется и проблема выбора: либо таковы условия задачи, либо мозг сам предлагает несколько вариантов поиска. Вот так в «пространстве проблемы» возникает разветвлённая логическая сеть. В ней нужно идти от узла к узлу, одновременно фиксируя и сравнивая, запоминая и вспоминая, оценивая шансы на успех в продвижении по различным траекториям. Это не просто. Требуется достаточная «мощность» интеллекта, чтобы найти в такой сети кратчайший путь к верному ответу.

Бигуди № 27

Томас Алва Эдисон предложил одному математику, желающему устроиться на работу в его лабораторию, быстро определить объём колбы лампы. Более часа математик возился с измерениями и вычислениями (колба — не шар!) и наконец гордо предъявил листок с расчётами и ответом. Эдисон молча продемонстрировал математику и более быстрый, и более точный способ определения объема колбы. Какой же кратчайший путь к ответу продемонстрировал Эдисон? Не помогал ли ему мудрый Архимед?³⁹

Оговоримся: одни люди имеют развитую склонность к постановке задачи и/или генерации идей, другие, напротив, готовы к скрупулёзной экспертизе идей чужих. Редко когда в одном человеке уживается способность и к мощной генерации и к грамотной экспертизе.

Э. Резерфорда попросили рассказать о науке на страницах журнала. Он ответил: «Тенденции современной физики? Я не могу написать об этом статью. Тут и разговоров всего на пару минут. Всё, что я мог бы сказать, сводится к одному — физики-теоретики ходят хвост трубой, а мы, экспериментаторы, время от времени заставляем их сызнова поджимать хвосты».

Такова же и разница между генераторами и экспертами. Впрочем, генераторам как раз не нужно опасаться неправильных идей и «поджимать хвост» — именно они создают градиент движения в «пространстве проблемы».