Биоритмы для здоровья. Как улучшить свое состояние по биологическим часам

Однако не все люди испытывают однотипные колебания работоспособности в течение суток. Одни лучше работают в первой половине дня, другие – вечером. Первые относятся к так называемым «жаворонкам»: они рано просыпаются, чувствуют себя бодрыми и работоспособными в первой половине дня, вечером испытывают сонливость и рано ложатся спать. Другие – «совы» – засыпают далеко за полночь, просыпаются поздно и встают с трудом, так как наиболее глубокий период сна у них приходится на утро.

История сохранила для нас много примеров разных ритмов работоспособности: Бальзак часто работал ночи напролет, Моцарт творил и днем и ночью, и, как известно, знаменитую увертюру к «Дон Жуану» он написал за одну ночь. Ночью работали Менделеев и другие ученые. Наоборот, Наполеон начинал свой рабочий день с 3–4 часов утра. В ясные утренние часы предпочитал творить и Бертольдт Брехт. Лев Толстой обычно работал с 9-10 до 14 часов и 1–1,5 часа вечером.

Немецкий исследователь Хамп в группе из 400 обследованных выявил у 52 % преобладание того или иного типа «деловой активности». Из них 35 % он отнес к «вечерним» типам, а 17 % – к «утренним». Наибольший процент лиц «утреннего» типа – служащие, «вечернего» типа – работники умственного труда, тогда как среди рабочих, занятых физическим трудом, почти 50 % составляли аритмики, или люди, которые могли успешно трудиться в любое время дня.

Важная особенность выводов Хампа заключалась в том, что субъективный оптимум не всегда совпадал с максимумом фактической работоспособности. Так, у подавляющего большинства «утренних» типов субъективный и объективный оптимумы совпадали, у «вечерних» – это происходило лишь в 45 % случаев, а в 36 % оптимумы не совпадали. По мнению исследователя, определенную роль в распределении «утренних» и «вечерних» типов по социальным группам играет тяжелый физический труд, утомляющий сильнее, чем умственная работа, и делающий человека неспособным после трудового дня испытывать желание работать вечером.

Наблюдения известного американского ученого профессора Франца Халберга свидетельствуют о том, что среди животных также существуют различные биоритмические типы. Например, у мышей есть особи с разными ритмами поведенческой активности, которые передаются строго по наследству. Видимо, это дает возможность животным более разумно распределять между собой зоны влияния и охоты, охранять свое жилище и т. п.

В распределении людей на «утренние» и «вечерние» биоритмические типы видится большой смысл. Может быть, существование разных типов работоспособности еще на заре возникновения человеческих сообществ не только способствовало разумному распределению обязанностей среди членов общины, но и позволяло им более успешно приспосабливаться к окружающей среде?

Так или иначе, но «жаворонки» и «совы» (будем называть их еще «утренними» и «вечерними» типами) реально существуют.

Как же лучше решить вопрос их трудоустройства? Важно ли одним работать утром, а другим – вечером? Пусть привыкают трудиться тогда, когда это нужно для общества. Но так можно решать вопрос в том случае, если бы эти качества не являлись чем-то внутренне присущим человеку и не были сопряжены с другими его биологическими особенностями. Американские исследователи Блейк и Коркоран предполагают, что у «утренних» и «вечерних» разный порог возбудимости. «Утренним» легче проснуться утром, так как они воспринимают малейший шум, увеличение освещенности и т. п. Возбудимость нарастает вместе с повышающейся температурой тела. Оптимума возбудимости «утренние» достигают вскоре после пробуждения, поэтому эти люди хорошо работают в первой половине дня. К вечеру общий уровень возбудимости падает, поэтому работоспособность таких людей снижается.

«Вечерние» отличаются более высоким порогом возбудимости. Чтобы разбудить их утром, нужно больше усилий, утром они плохо выполняют работу, так как их возбудимость невысока. Оптимума они достигают лишь к вечеру, тогда и появляется высокая работоспособность.