Блеск и ярость северных алмазов

Но на мировом рынке Россия продолжала оставаться одним из крупнейших производителей алмазов. Устойчиво занимала второе призовое место после Ботсваны. Позади неё шли ЮАР и Ангола. А вот доля государства в производстве бриллиантов была всего 5,5 % от мирового объема. Ювелирных изделий в процентах и того меньше. Сказать стыдно. Где уж ей тягаться с «Де Бирс»! Которая даже не страна. Но больше, чем государство.

Ну, как бы то ни было, а начиналась серьезная разведка алмазных месторождений в Архангельске. И самое важное из них было Ломоносовское, представленное шестью кимберлитовыми трубками, образующими цепочку длиной почти 10 километров. Сам Ломоносов только-только успел покинуть Холмогоры, получив «пашпорт» в воеводской канцелярии за рукою тогдашнего архангельского начальника Гришки Воробьева, а тут-то все главное, всего лишь через 260 лет, на его родине и началось. По историческим меркам – срок минутный. Можно сказать, плёвый.

А что представляет собой алмаз? Он формируется на больших глубинах под воздействием высокого давления. Бывает разных оттенков и переливов. Каждый алмаз со своими особенностями. Трещинки, пузырьки воздуха, небольшие сколы, пустоты. Именно эти дефекты позволяют легко определить, настоящий ли перед тобой алмаз или синтетический. Минерал, выращенный в лабораторных условиях, совершенно чист.

Жужелица в коконе со временем становится прекрасной бабочкой. Гадкий утенок превращается в лебедя. Вся прозрачность алмаза до огранки спрятана внутри него. Как солнечный свет, готовый прорваться сквозь черноту тучи. Ну а затем наступают настоящие сражения и войны. Алмазы сами идут в бой. Камень имеет душу. Как дерево или цветок. И она защищает себя.

В этой «пищевой цепочке»: геологоразведка – освоение месторождения – организация добычи – огранка – продажа в ювелирных магазинах и на аукционах, все звенья таят свои секреты, а людей подстерегает опасность. Прежде всего угроза внезапной слепоты, глухоты и безумия. Хотя, казалось бы, особой нужды и смысла в бриллиантах нет.

Ну, кроме как покрасоваться на светском рауте. Алмаз ведь не кусок хлеба в лютый голод и не глоток воды в пустыне. Это всего лишь мираж. Но роскошь сама по себе толкает на новые и любые преступления. Не Маркс ли заметил? Не важно. Но факт неоспоримый: на этом людском маскараде царят многие грехи, вроде убийства, блуда, гнева, гордыни, алчности, зависти. Да и отчаяния тоже. А бал там правит Сатана, с самым ярым отблеском мрака из преисподней.

Все это знают, но противиться может не каждый. Не поможет, даже если у него с утра до вечера будет звучать в ушах ария Мефистофеля из оперы Гуно «Фауст». Лучше в исполнении великого Шаляпина. Записи его непревзойденного голоса еще сохранились:

«На земле весь род людскойЧтит один кумир священный,

Он царит над всей вселенной,Тот кумир – телец златой!В умилении сердечном,Прославляя истукан,

Люди разных каст и странПляшут в круге бесконечном…»

Под эту арию и пойдет повествование. А злато или алмаз, какая разница? Все равно пляски вокруг них напоминают пируэты и ужимки Фигаро. Кстати, главный девиз и лозунг компании «Де Бирс» со дня её основания, такой: «Бриллиант – вечный дар любви». Хорошо сказано, как ни крути. Ключевое слово в этой фразе – любовь. А где любовь, там часто случаются и преступления.

<p>Глава первая</p>

<p>Увертюра в ритме «Севильского цирюльника»</p>

В июне 1993 года в одном частном доме в предместье Архангельска, на острове Соломбала, в бывшем историческом селении корабелов, был найден труп пятидесятидевятилетнего хозяина. Одинокий мужчина скончался от огнестрельного ранения в голову. Рядом валялся пистолет. Следов борьбы или ограбления не было.

Что это? Убийство или самоубийство? Предсмертной записки не обнаружили. На здоровье этот человек, занимавший высокий пост в определенных структурах, так скажем, не публичных, не жаловался. Каких-либо неприятностей по службе тоже вроде бы не имел. Следствие зашло в тупик…

Если Архангельск образно называют «воротами в Арктику», то Соломбалу де-факто можно смело можно считать преддверием Арктики. Это в широком смысле группа островов внутри дельты Северной Двины, которая через десяток километров впадает в Белое море. Наверное, мужчине, купившему три года назад этот дом, как каждому горожанину, иногда хотелось убежать от суеты мегаполиса в тишину патриархальной жизни. В Архангельске это сделать очень просто.

Достаточно лишь миновать мост через Кузнечиху, и вы окажетесь в двух измерениях: в современном городе с многоэтажками – и в почти деревенской глуши с деревянными домиками, расположенными на берегах узкой речки, где летом качаются на воде лодочки и катера. Подобные финно-угорские названия «водяного места» очень часто встречаются у местечек на берегах северных рек, Белого моря и на Мурмане, где жила «чудь белоглазая».