Ближайшие союзники? Подлинная история американо-израильских отношений. Том II. Эпоха дипломатии: сорок лет «борьбы за мир»

Аналогичное движение по «пути в никуда» под американским давлением Б. Нетаньяху прошел и на сирийском направлении. Весной 2010 года Б. Нетаньяху и министр обороны Э. Барак начали тайные непрямые переговоры с Б. Асадом при посредничестве американского представителя Фредерика Хоффа, бывшего высокопоставленного офицера ВМФ, считавшегося экспертом в области демаркации спорных территорий. Американцы требовали от израильских руководителей согласия на полный уход с Голанских высот к пограничной линии, существовавшей между двумя странами по состоянию на 4 июня 1967 года, а от сирийцев — подписания полноценного соглашения о мире с Израилем, а также — и это условие было не менее важным — разрыва с Исламской Республикой Иран и «Хизбаллой». Сирийцы при этом требовали, чтобы весь процесс ухода Израиля с Голанских высот растянулся не более чем на два года. Президент США Б. Обама и вице-президент Дж. Байден были в курсе переговоров, равно как и госсекретарь X. Клинтон, советник президента по национальной безопасности Томас Донилон (Thomas Donilon), посол США в Израиле Дан Шапиро и бывший в 2009–2011 годах специальным советником президента и главой отдела Ближнего и Среднего Востока Совета национальной безопасности США Деннис Росс. В Израиле первая информация об этих переговорах была опубликована только в самом конце 2012 года[339]. Сирию по время переговоров представлял министр иностранных дел Валид Муаллем, однако Ф. Хофф встречался и с Б. Асадом. Эти переговоры закончились в марте 2011 года, когда в Сирии началась гражданская война.

Свержение 11 февраля 2011 года президента Египта Хосни Мубарака и сползание этой страны, бывшей важнейшим партнером США на Ближнем Востоке, в пучину исламистского хаоса, равно как и начало в Сирии гражданской войны, конца которой не видно и поныне, стали шоком для американских аналитиков, совершенно не предвидевших, что события могут развиваться по такому сценарию. В марте 2009 года в Вашингтоне принимали сына и политического наследника X. Мубарака, Гамаля, с которым, в частности, встретился Дж. Керри; в июне того же года X. Мубарак принимал Б. Обаму в Каире, где президент США произнес свое важнейшее выступление, обращенное к арабо-мусульманскому миру. По прошествии менее чем двух лет X. Мубарак и его сын были отстранены от власти и арестованы, а администрация Б. Обамы и сам президент так и не смогли решить, то ли им приветствовать «свержение авторитаризма и торжество демократии», основными бенефициарами которых, впрочем, оказались «Мусульманские братья», толи переживать потерю ключевого союзника. В Сирии же началась гражданская война, в которой американцы решили поддержать противников Б. Асада, что превращало любые переговоры с ним о Голанских высотах и «Хизбалле» в заведомо бессмысленные.

Неудачи в построении дружественных режимов в Ираке и в Афганистане, растущие трения в отношениях с Пакистаном, где, как оказалось, долгие годы вполне комфортно жил главный враг США — Усама Бин Ладен, которого американцы смогли выследить и уничтожить 2 мая 2011 года, потеря ключевого союзника — Египта и неспособность добиться мирного урегулирования внутрисирийского конфликта, ежемесячно уносящего тысячи жизней, вынудили Б. Обаму и его администрацию посмотреть правде в глаза: Израиль — единственная страна на Ближнем Востоке, последовательно готовая быть союзником США, в целом (хотя не во всем) разделяющая общие с США ценности, являющаяся удивительным островком демократии и стабильности в регионе, где и демократия, и стабильность в большом дефиците даже по отдельности. Спустя два года после его прихода к власти, в ходе которых он предпринял титанические, но оказавшиеся бесплодными попытки сближения с арабо-мусульманским миром, Б. Обама стал осторожно разворачиваться в сторону Израиля.