Близкие контакты далеких предков. Как эволюционировал наш вид

В 1980-е гг., когда Рассел опубликовала свое исследование по крапинским неандертальцам, мысль о том, что каннибалов не существует (и, возможно, никогда не существовало), постепенно завоевывала умы антропологов. Некоторые утверждали, что идея каннибализма возникла вследствие неверного понимания или предвзятости. Действительно, само слово «каннибал» восходит к ошибке Христофора Колумба. Добравшись в XV в. до Вест-Индии, Колумб полагал, что высадился в Индии, а встреченных людей принял за монголов, и, поскольку тех принято было называть «потомками хана», он назвал их «канниба»[4]. Затем он послал в Европу отчет, где утверждалось, что «канниба едят людей».

Рассказ Колумба быстро распространился по всей Европе, и «канниба» превратилось в обобщающее понятие «каннибалы». Европейцев заворожило известие, что каннибалы, до той поры существовавшие только в легендах и мифах, реальны. Европейские страны в те времена соревновались друг с другом в приобретении колоний. Миссионеры, путешественники и антропологи, хлынувшие в дальние края, собирали истории о каннибалах и публиковали их в качестве массового развлекательного чтива. Каннибализм стал одной из обязательных характеристик «примитивных народов»[5].

Ко второй половине XX в., однако, сложилась совершенно другая картина. Тщательное изучение книг и отчетов о каннибалах показало, что многие рассказы не имеют достоверной основы. Бесчисленные «отчеты» оказались всего лишь слухами. Уильям Аренс, антрополог Университета штата Нью-Йорк в Стони-Бруке, внимательно проанализировал все записи о каннибалах и предложил свое объяснение слухов о каннибализме в своей книге «Миф о человекоедении» (1979). Типичным источником этих слухов оказалось записанное свидетельство представителя соседской или конкурирующей группы туземцев, рассказавшего любопытным европейским путешественникам, где можно наткнуться на «каннибалов». Свидетельство звучало примерно так: «Мы не делаем таких вещей, но люди, которые живут за лесом, жестокие каннибалы. Меня самого едва не поймали и не съели, но я спасся». Конечно, ни один европеец, писавший о каннибалах в раннеколониальный период, не наблюдал каннибализм воочию.

Тщательное исследование этих утверждений Аренсом натолкнуло специалистов на мысль об отсутствии антропологической базы для существования каннибализма в истории, по крайней мере как регулярного, обычного режима питания. Значит ли это, что в человеческой истории вообще не было случаев каннибализма? Не обязательно. Имеются факты, что некоторые немногочисленные популяции людей практиковали каннибализм. Наиболее известен в этом отношении народ форе из Папуа – Новой Гвинеи. О народе форе во внешнем мире не знали до прибытия на остров в 1940-х гг. чиновников из Австралии для переписи населения. К 1950-м гг. австралийцы построили здесь контрольно-пропускной пункт и дороги, вскоре сюда потянулись антропологи и миссионеры.

Пришельцы сразу обратили внимание на традиции народа форе, в том числе на поедание мертвых. Форе сочли каннибалами и заставили покончить с этой практикой. Однако каннибализм форе был в высшей степени ритуальным и связанным с их необычной погребальной практикой, предполагавшей частичное поедание усопшего родственника. Когда у форе кто-то умирал, тело обрабатывали родственники по материнской линии в ходе уникального процесса, до сих пор не встречавшегося у других человеческих популяций. Ритуал мрачноват, но я все же его опишу.

Сначала отрезались кисти и стопы покойника, затем кости рук и ног очищались от мяса. Далее извлекался мозг, разрезался и раскрывался желудок, извлекались внутренности. После этих этапов родственники-мужчины съедали мышцы, а женщины – мозг и внутренности. За процессом наблюдали дети, которым взрослые предлагали принять участие в ритуале во славу усопшего.

Хотя в прошлом этот ритуал был широко распространен, форе больше его не практикуют. Остается, однако, вопрос, почему вообще они делали нечто, кажущееся настолько омерзительным огромному множеству людей. Форе верили, что съедение покойного снова делает умерших родичей частью живых, и они продолжают существовать в деревне. Кому-то это покажется абсурдным, но в этом веровании, самом по себе, нет ничего необычного. В действительности во многих культурах и регионах имеются варианты такой практики. Например, амазонские яномамо смешивают прах кремированных покойников с кашей, и все жители деревни (они же родственники) едят ее. Более того, христианская евхаристия, или причастие, основана на представлении о том, что верующий (символически) вкушает плоть и кровь Спасителя, Иисуса Христа. Все эти культурные ритуалы несут один посыл: «Делай это в память о таком-то». За чудовищным каннибализмом форе лежит совершенно нормальное чувство – любовь к близким, свойственная всем нам.