Блуд на Руси

[...] Русские вообще редко исповедывались и причащались. Даже люди набожные ограничивались исполнением этих важных обрядов только однажды в год. Другие не исповедывались и не подходили к Святым Дарам по нескольку лет. Притом исповедь для толпы не имела своего высокого значения: многие, чтобы избежать духовного наказания и после даже хвалились этим, говоря с насмешкою: "Что мы за дураки такие, что станем попу сознаваться". Часто владыки жаловались на холодность к религии и обличали мирян в уклонении от правил церкви...

При способности и готовности переносить труды и лишения, русский народ, хотя не отличался долговечностью, но пользовался вообще хорошим здоровьем. Из болезней только эпидемические наносили иногда значительные опустошения, потому что меры против них были слабы и ограничивались неискусным старанием не допустить заразе распространяться с места на место. Из обыкновенных болезней, которым русские чаще всего подвергались, были гемариордальные, столь свойственные нашему климату, упоминаемые в старину разными наименованиями припадков головной боли, течения крови, запоров, болей в спине и тому подобное. Нервные болезни, если не слишком часты, зато обращали внимание своими явлениями: эпилептические, каталептические, истерические припадки приписывались порче и влиянию таинственных сил, при посредстве злых духов... В ((( веке занесена в Россию сифилитическая болезнь, а в следующем столетии она довольно распространилась и наносила опустошения среди населения. Простудные болезни редко поражали русского, приученного к переменам воздуха и температуры. Как особые случаи, упоминают в старину каменную болезнь, отек, сухотку, грыжу, зубную боль, глухоту, немоту, слепоту... Вообще, от болезней искали средств более всего в церковных обрядах и прибегали также к травникам, составлявшим класс самоучек-лекарей, отдавались им часто с чрезвычайным легковерием. Ученые медики были иностранцы, находились только при царском дворе и то в небольшом количестве.

[...] Русский человек того времени, если имел достаток, то старался казаться беднее, чем был, боялся пускать свои денежки в оборот, чтобы, разбогатевши, не сделаться предметом доносов и не подвергнуться царской опале, за которою следовало отобрание всего его достояния "на государя" и нищета его семьи! Поэтому, он прятал деньги где-нибудь в монастыре или закапывал в землю про черный день, держал под замком в сундуках вышитые золотом дедовские кафтаны и охабни, собольи шубы и серебряные чарки, а сам ходил в грязной потертой однорядке из грубого сукна или в овчинном тулупе и ел кое-что из деревянной посуды.

Неуверенность в безопасности, постоянная боязнь тайных врагов, страх грозы, каждую минуту готовой ударить на него сверху, подавляли в нем стремление к улучшению своей жизни, к изящной обстановке, к правильному труду, к умственной работе. Русский человек жил как попало. Подвергаясь всегда опасности быть ограбленным, обманутым, предательски погубленным, он и сам не затруднялся предупреждать то, что с ним могло быть, он также обманывал, грабил, где мог поживлялся за чужой счет ближнего ради средств к своему, всегда непрочному, существованию. От этого русский человек отличался в домашней жизни неопрятностью, в труде - ленью, в сношениях с людьми - лживостью, коварством и бессердечностью. Состояние народа при Борисе Годунове было лучше чем при Грозном, уже потому, что хуже времен последнего мало можно найти в истории. Но основные воззрения на государственный порядок и общественный строй не изменились.

Николай Костомаров (1817-1885)

историк, писатель.

Показание № 24

Язычество продолжало жить как уклад жизни. Таким пристрастием к старине особенно отличались женщины, которых наши древние проповедники усердно обличали в идоломолении и волшебстве... Конечно, когда русский народ был оглашен проповедью христианства, язычество исчезло не тотчас. Ведь и в органической природе нужно время и труд, чтобы вместо многолетних, пустивших в почву глубокие корни растений, развести новые злаки. В этой пассивности была значительная доля язычества, которое было крепко тем, что народ сросся, сжился с ним в течение многих веков. Замечательно, что русские люди обыкновенно не замечали своего двоеверия: народная масса считала себя истинно христианской, что не мешало ей справлять старые праздники и чтить своих старых домашних богов. Но делалось это не вследствие предпочтения язычества христианству, а просто по незнанию нового закона. Иерархия обличала народное двоеверие, но сам народ, двоеверно живший, считал себя истинно верующим, не замечая и не зная, что в его жизни много языческого.