Боевые животные

В палате общин английского парламента вполне серьезно обсуждался вопрос одного из депутатов по поводу плачевного положения «… кошачьего сословия, состоящего на королевской службе». Официально коты и кошки были приняты на нее в 1868 году при королеве Виктории. Свидетельство тому — любопытный документ. «Ловушки и другие средства, с помощью которых мы пытались бороться с наглыми хищниками, не дали нужного результата, — доносил доведенный до отчаяния чиновник королевской почты. — Поэтому я осмелился обратиться с просьбой к привратнику Таю приобрести трех котов для истребления проклятых грызунов…» Предложенный им выход оказался поистине спасительным: девять месяцев спустя этот чиновник с радостью сообщал начальству: «Коты исполняют свои обязанности весьма эффективно».

От набегов крыс и мышей страдали не только почтовые отделения. Во времена королевы Виктории они до такой степени наводнили Букингемский дворец, что была даже введена специальная должность — придворный крысолов. Первым стал некий Джек Блэк, носивший пышную форму и широкий пояс, на пряжке которого сияли буквы VR — «Крысолов королевы Виктории» — и две оловянные крысы. Правда, подлинным «главным крысоловом» был кот Кларенс. Он родился на ферме неподалеку от Лондона, а позднее в силу неизвестных причин решил отправиться в английскую столицу, где и обнаружил широчайшие возможности для применения своих кошачьих сил. Кларенс начал службу на одной из почт. Но деловые качества его были столь блестящи, что некоторое время спустя он был переведен — с повышением — на службу при дворе королевы Виктории.

Что же касается запроса депутата палаты общин, о котором шла речь вначале, то помощник министра почт заверил его, что «коты, состоящие на государственной службе», отнюдь не бедствуют. Если в 1868 году размер их денежного содержания равнялся полутора пенсам в неделю (сейчас на эту сумму не купить ложки кошачьей пищи), то после неоднократных повышений ныне составляет 35 пенсов. Именно столько получает, например, кот Сэм, «работающий» в одном почтовом отделении в Лондоне.

(«Вокруг света», 1977, № 6)

Необычные сторожа

В Сиднее сторожами магазинов все чаще «назначают» змей. В Павлодарской области бахчевод Шульга приспособил к охране плантаций беркутов, которые надежно ограждают от полевых мышей и птиц. Соколы отгоняют от аэродромов чаек, чьи стаи создают опасность для самолетов. Рыбы белый амур и толстолобик очищают Амударью и Каракумский канал от растительности. Этот способ оказался эффективней механических и химических средств борьбы с зарастанием водоемов.

(«Вокруг света», № 6, 1970)

«Гонки»

Авиапочта, телеграф, телефон, радио, казалось бы, должны были заставить совершенно отказаться от услуг древней голубиной почты. Этого, однако, не произошло. В годы второй мировой войны только английский военно-воздушный флот располагал полумиллионной армией крылатых связистов. Голуби доставляют донесения прямым путем и не дожидаясь очереди. В некоторых случаях это имеет определенные преимущества. Совсем недавно в Югославии были организованы «гонки», в которых участвовали автомобиль, телеграф, телефон и почтовые голуби. Стояла задача как можно быстрее доставить депешу из Загреба в Любляну на расстояние около ста тридцати километров. Первым сообщение доставили на автомобиле — за 1 час 32 минуты. Затем прибыли почтовые голуби, показав время 2 часа 49 минут. Телеграмма пришла через 2 часа 50 минут, а телефонное сообщение удалось передать только через 6 часов! Не удивительно, что редакции больших газет в Японии, например, и по сей день содержат около трехсот воздушных связистов для срочной передачи корреспонденций и фотографий.

(«Вокруг света», 1970, № 6)

Что гуси умны, каждый знает…

…так же, как, впрочем, и то, что их предки спасли Рим.

Исходя из этого, курсанты полицейского училища в Гонконге решили попробовать ставить на ночной пост у входа в казарму гуся. Результат был потрясающим. После трех-четырех занятий новый часовой прекрасно усвоил свои обязанности и не пропускал никого из посторонних. Когда же гусю сшили на заказ новенькую форму, то он, видимо, возгордившись, перестал пускать в казарму и курсантов, если те приходили после отбоя.

(«Вокруг света», 1977, № 7)

Длинноклювый сторож

Во дворе хорватского крестьянина Йосипа Габриша уже восьмой год живет небольшая домашняя птица: красивый белый аист. Когда наступает осень, он не улетает, как принято у аистов, в теплые края, а остается при доме и зимует в теплом сарае. Весной аист возвращается в свое гнездо на трубе, но более всего любит прогуливаться по двору вместе с другой домашней птицей. Словно в благодарность Йосипу Габришу и его семье за заботу, аист добровольно несет сторожевую службу: громким щелканьем клюва предупреждает хозяев о появлении у калитки чужого.

(«Вокруг света», 1981, № 11)

Петухи за решеткой