Боевые животные

Вот что рассказал в журнале «Наука и жизнь» академик Б. В. Петровский, который в годы войны был фронтовым хирургом: «Во время боев под Франкфуртом и Кюстрином я был свидетелем подвига санитарной собаки. На этом участке бои шли очень трудные, было много убитых и тяжелораненых. К нам в траншею пришел проводник с собакой в упряжке с лыжами-носилками. Проводник дал направление собаке в опасную зону, куда не могли пробраться наши санитары из-за плотного огня фашистов. Мы следили за собакой в перископ. Она по-пластунски подползала к телам, обнюхивала их и, не задерживаясь у трупов, пробивалась дальше. Наконец, она припала к человеку с окровавленной головой и стали лизать его лицо от подбородка к носу. Раненый пришел в себя, видимо, испугался большой собаки, сделал какое-то движение, но собака подставила ему свой бок, привлекая внимание к сумке с красным крестом. Раненый расстегнул сумку, достал фляжку, выпил и снова потерял сознание, но собака не покидала его до тех пор, пока он с величайшим трудом не перевалил свое тело в носилки. Тогда она повезла его к нам, опять же ползком, ныряя в рытвины, прячась от огня. Эту картину я никогда не забуду!»

В целом в период Великой Отечественной войны собаки-санитары вывезли с поля боя 700 тысяч раненых бойцов! Обратите внимание: санитарам и иным медработникам за вынос с поля боя 80 раненых присуждали высшую воинскую награду — звание Героя Советского Союза. Разделите 700 тысяч на 80…

А четвероногие бойцы минно-розыскной службы участвовали в разминировании 303 городов, в том числе таких крупных, как Киев, Одесса, Будапешт и Варшава.

Шотландская овчарка, красавец кобель по кличке Дик, спас в городе Павловске под Ленинградом старинный дворец, обнаружив незадолго до взрыва заложенную нацистами бомбу с часовым механизмом. В бомбе находилось две с половиной тонны взрывчатки. Впоследствии Дик принимал участие и в разминировании Праги. Пес трижды был ранен, однако дожил до глубокой собачьей старости и был похоронен с воинскими почестями, как и подобает герою.

А собаки — живое противотанковое «оружие»! На полях сражений минувшей войны хвостатые подрывники уничтожили до трехсот фашистских танков! Это примерно две танковые дивизии врага!

Бывшие гитлеровские генералы отмечали в своих мемуарах, что командиры их танковых подразделений не раз отдавали приказ отступать танкистам на участках фронта, если замечали, что на поле боя появлялись советские собаки-подрывники…

Овчарки — специалисты по обнаружению взрывчатки были переданы инженерно-саперным подразделениям ограниченного контингента советских войск в Афганистане. В отрядах минно-розыскной службы имелись проводники со специально тренированными собаками для обнаружения мин и фугасов в гористой местности. Эти собаки — немецкие овчарки — обнаружили тысячи замаскированных взрывательных устройств.

(Корнеев Л. Слово о собаке. — М., 1989)

Собаки-санитары

Бывший пулеметчик, ныне академик, секретарь отделения лесоводства и агролесомелиорации ВАСХНИЛа В. Н. Виноградов писал в 1985 году в «Неделе»:

«А в санроте у нас служили собаки. Так их и санитары-ездовые называли так: „служивые“. Особенно запомнился один санитар, молоденький совсем паренек, а при нем четыре собаки. Две здоровые, лохматые, на овчарку смахивали. И две лайки. Запрягали их в волокушу — зимой на двух лыжах, а летом на колесиках.

Сколько людей под огнем наш бесстрашный ездовой с поля боя вывез! Знаете, наша литература, по-моему, в долгу перед солдатами, которые воевали вместе с собаками. Это был совершенно удивительный, ни на что не похожий вид службы в действующей армии. Когда с „боевым оружием“ и поговорить можно, и поплакать, и подумать вместе. Боец наш песенку время от времени какую-то мурлыкал, про этих самых санитарных собак и про тех, которые „мины ищут, танки подрывают“. Именно ему и его четвероногой своре я обязан своей жизнью. Буквально за две недели до окончания войны в бою на окраине города Виттенберга, километрах в шестидесяти от Берлина, меня тяжело ранило в голову. Ничего не вижу, кровь лицо заливает, но чувствую — суетятся вокруг. Кое-как меня перебинтовали. Торопились, боялись — не довезут. До санроты километра четыре, а фашисты сплошным огнем шоссе простреливают — единственный путь. Сознания я, правда, не терял: молодой был, крепкий. Помню, как положили меня на тележку, привязали покрепче, и санитар сказал собакам: „Ну, служивые, вперед“. И припустили мы по шоссе… Фашист еще сильнее палит, а у меня одна мысль: только бы собачек не ранило, потому что санитару одному меня не дотащить. Да нас с ним непременно убили бы тогда. Но пули над головами собак свистят, а мы двигаемся вперед. Так до санитарной роты и докатили».

(Виноградов В. Н. — «Неделя», 1985)

На войне как на войне

Москва. Красная площадь. Парад Победы. Перед Мавзолеем Ленина чеканят шаг сводные полки фронтов, воинские части Московского гарнизона, слушатели военных академий.