Бог есть: как самый знаменитый в мире атеист поменял свое мнение

Это вечное существование Бога должно иметь свою собственную внутреннюю логику, которую мы можем увидеть, поскольку разумность во Вселенной может быть только в том случае, если Вселенная основана на разумности более высокого порядка. Другими словами, такие уникальные факты, как наша способность знать и излагать истины, взаимосвязь между механизмами природы и нашим теоретическим описанием этих механизмов (физик Юджин Вигнер назвал это необъяснимой эффективностью математики) и значение кода (системы символов, которая действует в физическом мире), такого как генетический и нейронный код, на наиболее важных уровнях организации жизни, обнаруживают самим своим существованием фундаментальную и всепроникающую природу разумности. Мы не можем увидеть, какова эта внутренняя логика, хотя традиционные представления о природе Бога, вне всякого сомнения, дают некоторые намёки. Например, Элеонора Стамп и Норман Кретцманн доказывают, что божественный атрибут абсолютной простоты[64], если его правильно понять, помогает объяснить, почему Бог не может не существовать. Алвин Плантинга указывает, что Бог, выступающий в качестве необходимой Сущности, существует во всех возможных мирах.

Атеисты могут ответить на это двумя способами: Вселенная может иметь внутреннюю логику, которая необходима для её существования и которую мы не можем увидеть; и/или мы не обязаны верить, что должна быть некая Сущность (Бог) со своей собственной внутренней логикой, необходимой для Его существования. На первое утверждение теисты ответят, что нет такого понятия, как «Вселенная», которая существует отдельно от составляющих её предметов, а нам достоверно известно, что ни один предмет во Вселенной не имеет внутренней логики, обеспечивающей бесконечность его существования. По второй части теисты просто указывают на то, что существование разумности, которую мы безошибочно распознаём во всём (начиная от законов природы и заканчивая нашей способностью разумно мыслить), не может быть объяснено, если у него отсутствует причина более высокого порядка, которой может быть не что иное, как безграничный Разум. «Мир разумен» – отмечает великий математик Курт Гёдель.[1] Важность этой разумности заключается в том, что «порядок в мире свидетельствует о порядке, исходящем от высшего разума, который его и поддерживает».[2] Реальности разумности нельзя избежать, ссылаясь на естественный отбор. Естественный отбор предполагает существование физических организмов, которые взаимодействуют согласно определённым законам, и кода, который управляет жизненными процессами. И говорить о естественном отборе означает допускать, что существует некая логика в том, что происходит в природе (адаптация), и что мы способны понимать эту логику.

Возвращаясь к упомянутому выше примеру с мраморным столом, мы говорим, что весьма реальная разумность, которая лежит в основе нашего мышления и с которой мы сталкиваемся в процессе нашего изучения математически точной Вселенной, не могла появиться из камня. Бог – это не величайший грубый факт, а величайшая Разумность, которая пронизывает каждое измерение бытия.

Новым, хотя и мало похожим на правду, подходом к вопросу происхождения физической реальности является утверждение Дэниела Деннета о том, что Вселенная «создаёт себя ex nihilo[65] или, по крайней мере, из чего-то, что практически является ничем».[3] Более чётко эта идея представлена другим новым атеистом, физиком Виктором Стенджером, который предложил своё собственное решение по вопросу происхождения Вселенной и законов природы в таких книгах, как «Никакого замысла: происхождение Вселенной», «Нашла ли наука Бога?» «Постижимый космос» и «Бог: неудачная гипотеза».

Среди всего прочего, Стенджер предлагает новую критику идеи, касающейся законов природы и их предполагаемого смысла. В книге «Постижимый космос» он утверждает, что эти так называемые законы не были даны свыше и не являются предусмотренным ограничением свойств материи. Они просто являются ограничением средств, при помощи которых физики могут формулировать свои выраженные математическим языком отчёты о наблюдениях. Доводы Стенджера построены на его собственной интерпретации ключевого понятия в современной физике – понятия симметрии. Согласно мнению большинства современных физиков, симметрия – это любое преобразование, при котором законы физики, которые применяются к системе, остаются неизменными. Первоначально это понятие применялось к дифференциальным уравнениям классической механики и электромагнитному взаимодействию, а затем, несколько по-иному, к специальной теории относительности и проблемам квантовой механики. Стенджер даёт своим читателям общее представление об этой мощной концепции, но затем приступает к изложению двух бессвязных выводов. Один заключается в том, что принцип симметрии исключает идею о законах природы, а другой – в том, что ничто не может создать что-то, поскольку «ничто» нестабильно!