Бог и Его образ. Очерк библейского богословия

Ягве крепость моя и слава моя, Он был мне спасением. Он Бог мой, и прославлю Его: Бог отца моего, и превознесу Его. Господь - муж брани [65], Ягве имя Ему! Колесницы фараона и войско его ввергнул Он в море и избранные военачальники его потонули в Чермном море. Пучины покрыли их; они пошли в глубину, как камень. Десница Твоя, Ягве, прославилась силою; десница Твоя, Ягве, сразила врага. Величием славы Твоей Ты низложил восстающих против Тебя. Ты послал гнев[66] Твой, и он опалил их, как солому. От дуновения Твоего расступились воды, влага стала, как стена,огустели пучины в сердце моря. Враг сказал: "погонюсь, настигну, разделю добычу; насытится ими душа моя;обнажу меч мой, истребит их рука моя". Ты дунул духом Твоим, и покрыло их море: они погрузились, как свинец, в великих водах. Кто, как Ты, о Ягве, между богами? * Кто, как Ты, о Святой, величествен? Досточтим хвалами, творец чудес?

Вся драма Израиля будет заключаться в том, чтобы, увековечивая момент обручения[67] с Богом, когда Израиль стал народом, получившим от Него свободу, жить как народ, освобожденный Всемогущим. Но над Израилем всегда будет тяготеть прошлое, и потому в союзе с Господом он будет народом, обреченным на свободу.

ГЛАВА IV НАРОД, ОБРЕЧЕННЫЙ НА СВОБОДУ

 От персидской эпохи и до наших дней Израиль, рассеянный среди других народов, мучается, ощущая себя замкнутым национальным меньшинством, которое не может с вполне открытым и легким сердцем общаться с народами, среди которых живет. Почему? Все началось с Красного моря. С этого момента Бог поставил перед народом, который освободил, – как непреложное условие его существования, – требование: не признавать никакого владыки, кроме Него, не подчиняться ничьей власти, кроме Его собственной. Этим и объясняется то обстоятельство, что, оказавшись в рассеянии, Израиль не имел права приносить жертвы богам, которым поклонялись другие народы. Известно, что в начале нашей эры евреев и христиан называли в римском мире "атеистами" [68]. Поскольку их вера запрещала приносить жертвы местным богам, а также признавать богов, которым поклонялись другие народы, то эти народы считали их "отрицателями богов" [69] то есть атеистами. Ибо Израиль не должен признавать никакой другой власти, кроме той, которая освободила его от египетского рабства. "Нет бога, кроме Бога". Это исповедание веры предложит позднее Магомет кочевникам-идолопоклонникам, которых он приведет к исламу, то есть "истинной религии", в противовес суевериям идолопоклонства.

Освобождающая власть Творца

 Для Израиля уже нет божества, которое имело бы право повелевать ему, кроме Бога, сотворившего небо и землю [70]. Это единственная признаваемая Израилем власть над ним. В самом деле, в основе Ветхого Завета лежит постулат, о котором обычно забывают в наше время: если человек не признает над собой власти лишь Одного Того, Кто его творит [71], дарует ему жизнь, – очень быстро этот человек потеряет свободу, сам создаст себе псевдо-божества, падет ниц перед другими силами и потеряет себя. Есть одна лишь власть, которая может править всем творением, ни в чем его не неволя, – власть Того, благодаря Кому во всей полноте свободы это творение существует. Если человек перестает признавать эту власть или еще не открыл ее для себя, в игру вступают другие силы. Существующие и не существующие, они выходят на сцену, потому что человек испытывает потребность во владыках перед лицом ужаса, ужаса пустоты и неопределенности своего существования. Он беззащитен перед всем на свете, не видит никакого пути и остается в нерешительности и безвестности.