Богатырская дружина Мономаха. Русь в огне!

– Эймунд не желал враждовать с ним и отправился на Русь, которую они называли Гардарики (у нас ведь, в отличие от них, было много городов). Он пишет, что конунг Вальдемар (конечно, Владимир) разделил власть между тремя своими сыновьями. Ярицлейв (Ярослав) держал Хольмгард. Хольмгард – это Новгород, ведь Ярослав княжил именно там. Видимо, так город назвал еще Рюрик, и жаль, что мы не можем об этом упомянуть. Окончательно все подтверждает то, что Ярицлейв был женат на дочери Олафа, ведь Ярослав действительно был женат на дочери Олафа (и потому радушно встретил Эймунда с его отрядом). Партилью держал Вартилав – Брячислав Полоцкий. Тут Эймунд ошибся, ведь Брячислав не сын, а внук Владимира, его отцом был уже умерший Изяслав. Но самую большую часть получил Бурислав. Он держал Кенугард – как пишет Эймунд (скорее он, конечно, не писал сам, а говорил), лучшее княжество во всех Гардариках. Киев, конечно же, Киев… Бурислав… Борислав… Вот оно! Меня всегда смущало это имя. Глеб – тут понятно, вариант свейского имени Глен. А Борис? Похоже на французское Морис… Но нет, это не полное имя, это сокращение. Его полное имя – Борислав!

У Мстислава мурашки шли по коже.

– Что же дальше?

– Борис (будем все-таки называть его так, как привыкли) потребовал у Ярослава отдать часть земель. Да, Борис, уже якобы убитый. Ярослав отказался и победил Бориса. Возможно, Ярослав даже захватил Киев. Через год Борис напал на город, где правил Ярослав (Киев?), но был отбит. Однако Ярослава ранили в ногу, и хромал он до самой смерти. Хромцом летописцы впервые назвали его в 6524 году, через год после смерти Владимира. Воевал он якобы со Святополком, но, согласно Эймунду, чьи слова, как слова чужестранца (тем более близкого к Ярославу), вызывают гораздо больше доверия, воевал с Борисом. А еще через год…

– То есть было три битвы? – уточнил Мстислав.

– Две. Первая состоялась на Днепре в год смерти Владимира. Вторая – в Киеве – на следующий год. Ты обращал внимание, как похожи у Нестора описания двух битв Ярослава – якобы со Святополком. Даже многие слова совпадают – «поидоша противу собе», «и оступишися», «одоле Ярослав». Это просто описано одно сражение – киевская битва Ярослава и Бориса в 6524 году. Третья же битва не состоялась, хотя Борис готовился к ней.

– Потому что его убили, – кивнул Мстислав, – варяги Ярослава Эймунд и Рагнар. Эймунд… Тот самый Эймунд?

– Да, – произнес Григорий. – Эймунд признается, что лично, своей рукой отрубил голову Буриславу. Я думаю, что Борис был действительно убит в ночь на двадцать четвертое июля, только не в 6523-м, а в 6526 году. И поскольку Святополку (а мы-то уже знаем, что воевал Борис) приписывают союз с печенегами, то, значит, Борис включил в свое войско печенегов.

– Против которых, как принято считать, он сражался?

– Мог и сражаться. А потом сделать своими союзниками.

Не Мстиславу надо было объяснять, что в их роду это вещь обычная.

– Не случайно даже Нестор пишет, – продолжал Григорий, – что Бориса, которого киевляне якобы хотели видеть великим князем, похоронили в Вышгороде. Объяснить, конечно, легко – похоронили тайно, дабы не узнал об этом Святополк Окаянный.

– А где был Святополк? – спросил Мстислав.

– Я полагаю, что он был отправлен отцом в темницу и потому не поминается во втором перечне, – сказал Григорий. – После смерти Владимира Святополку удалось бежать – в Польшу, к своему тестю королю Болеславу Храброму. Пока Ярослав и Борис бились между собой, он готовился к тому, чтобы отвоевывать златой престол, на который, как старший сын (пусть приемный – это неважно), имел полное право. И через год после смерти Бориса польско-немецкие войска во главе со Святополком и Болеславом Храбрым взяли Киев. Даже Нестор вынужден упомянуть о том, что Ярослав бежал в Новгород. Нестор только умалчивает, что Ярослав бросил на произвол судьбы свою мать и восемь сестер. К одной из них, Предславе (как утверждается, любимой сестре Ярослава), за четыре года до этого неудачно сватался Болеслав. Можно представить, какая ужасная участь ждала несчастную. Но винить в том надо, конечно, не Святополка, а Болеслава Храброго и – это главное – Ярослава.

Святополка же киевляне встретили весьма дружелюбно. Поляки и немцы через пару месяцев покинули Киев. А Ярослав собирался бежать в Швецию, к королю Олафу. Это новгородцы отговорили его и практически заставили отвоевывать Киев. Отвоевать, как известно, удалось. Святополк скрылся неизвестно куда и где-то умер. Но тот летописец, у которого взял эти слова Нестор, указывает почему-то на могилу в пустынном месте. Ты знаешь, князь, отчего так сказано?

– Отчего?

– Вспомни «Левит»: «А козла, на которого выпал жребий для отпущения, поставит живого перед Господом, чтобы совершить над ним очищение и отослать его в пустыню для отпущения и чтобы он понес на себе их беззакония в землю непроходимую».

– То есть, – поразился Мстислав, – летописец намекал, что Святополк – козел отпущения? – Это выражение уже тогда стало нарицательным.