<p>Григорий Володин</p><p>#Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 22</p>

<p>Глава 1</p>

Северная обитель, Антарктида

Бер смотрит, как Данила вступает в бой с его «Луной жизни». Его глаза напряжённо следят за каждым движением, а во взгляде сочится откровенный скепсис. Данила? Против Зелы? Серьёзно?

Да она почти Грандмастер, чемпионка Осеннего турнира, титулованный Рыцарь Осени. Она – живая легенда на поле боя. А Данила? Да, он Грандмастер ментала. Но ментал – не боевая магия. Ему, мягко говоря, ещё далеко до лавровых венков.

Бер мрачнеет, едва сдерживая желание прокомментировать происходящее. По его мнению, Данила уступает даже ему как мечнику. А до уровня Зелы – как до звезд. Она не только опытный фехтовальщик, но ещё и могучий маг-кислотник, что делает её бой особенно опасным.

Но вот сражение начинается, и Бер внезапно чувствует, как его привычный ход мыслей спотыкается.

Данила не пытается играть честно. Он не рыцарь, он телепат, маг, манипулятор. И это сразу становится очевидно. Из пола внезапно вырастают лианы, скручиваясь вокруг Зелы. Бер поднимает бровь. «Тактика из детского сада», – думает он. И Зела тут же доказывает, что его скепсис небеспочвенен. Она брызгает кислотой, и растения с шипением превращаются в чёрную жижу. Порывистым движением она вырывается из капкана, готовая к следующему ходу. Из ее рук летит кислотной копье.

Но конунга уже нет рядом. Он растворяется в облаке тьмы, исчезает из поля зрения, а затем появляется с другой стороны арены. Вихрь огня обрушивается на Зелу. Беру приходится прикрыть глаза – слишком яркий свет. Когда он снова смотрит на поле боя, видит, как Зела падает, но тут же перекатывается, ловко вставая на ноги.

Тут в игру вступают пси-шары. Они ударяют в грудь Зелы, отбрасывая её назад. Бер невольно напрягается.

«Может, всё-таки…» – мелькает надежда в голове.

Но Зела вновь поднимается. Легко, как будто эти удары её только раззадорили. Она начинает маневрировать, уклоняясь от следующей волны атак.

Данила, похоже, решает, что настало время для ближнего боя. Он бросается вперёд с двумя клинками Тьмы, сверкающими мрачным светом. Быстро, решительно. Бер кивает, признавая, что это движение было почти идеально. Почти. Потому что Зела уклоняется. Ловко, грациозно, её движения точны и плавны, словно она танцует. Бер на мгновение забывает о происходящем, заворожённый её мастерством.

Он невольно улыбается, любуясь этим зрелищем.

– Ну, конечно, – бормочет он себе под нос. – Да кто вообще способен противостоять ей?!

Но Данила не сдаётся. В его руках появляется белый шар, от которого исходит ледяной холод и гнетущая тишина, словно внутри заключена сама смерть. Бер переводит взгляд на цель. Это явно не для Зелы.

Шар летит вверх, прямо в стеклянную кабину, где прячутся монахи. Удар. Взрыв. Стекло разлетается вдребезги, и один из монахов с приглушённым криком падает вниз. Прямо на Зелу.

Бер округляет глаза, пытаясь осознать происходящее. Он не верит своим глазам: Зела оказывается под обломками кабины и разросшимся телом монаха-геноманта. Её ярость буквально ощущается на расстоянии. Она дергается, пытаясь вырваться, её движения резкие, рваные.

– Боги… – выдыхает Бер, пораженно качая головой. – Он и вправду выигрывает. С помощью уловок, но выигрывает…

Зела, едва сбросив с себя монаха, резко поднимается, но опаздывает на долю секунды. Данила уже рядом. Его движение почти невозможно уловить – короткий клинок, наваха, вспыхивает псионическим светом, прежде чем пробить кислотный доспех. Лезвие проходит через плечо Зеллы, и она тяжело падает на одно колено.

Бер смотрит на это с широко раскрытыми глазами. «Что за чёрт?! Он её ранил?!» – мысль обжигает сильнее, чем огонь на арене.

Но Данила не останавливается. Он словно выходит за пределы своих возможностей, и вокруг него начинают формироваться мутные полупрозрачные фигуры. Их движения хаотичны, но каждая из них явно несёт в себе угрозу. Размытые силуэты бросаются на Зеллу, и начинается настоящая буря магии. Огненные вихри, всполохи тьмы, железные пики – техника сменяет технику, как в танце хаоса.

– Да кто это такие?! – вырывается у Бера, его голос сорвался на крик. – Откуда он их вытащил?! Не из Астрала же?!

Ответа, конечно, нет, и вопрос повисает в воздухе. Бер, словно на автопилоте, отбивается от двух монахов-геномантов, но его взгляд прикован к битве двух титанов.

Зела, гибкая и стремительная, изо всех сил пытается сопротивляться, её движения, неразличимые для глаза смертных, с каждым мгновением становятся всё медленнее. Под натиском магического шквала её сила угасает, и в какой-то момент она больше не выдерживает. Её фигура оседает на землю, сражённая окончательно.

Данила застывает над поверженной Зелой. Его силуэт словно увеличивается, становится чем-то большим, чем просто человек. Свет и тьма окружают его, подчеркивая мощь и неизбежность его победы. Размытые же помощники конунга исчезают, будто их и не было.

Бер всё ещё не может отдышаться. Сердце бьётся так быстро, что кажется, вот-вот выскочит.