Боярский и тысяча чертовок! Том 3

— Который убил моих родителей! — а вот здесь я вспылил. Не люблю, когда начинается разговор о подобном. А ведь она не дура, знала, что мне это не по душе. И всё равно решилась. Я вскочил со стула и сурово посмотрел в её глаза. — Все знают, что Арманов тот ещё ублюдок. Но в его руках слишком много власти, которой он пользуется в своих целях! Убийства, наркотика, коррупция, и это только то, что я знаю!

— Знаешь? — она вопросительно изогнула брови. — И откуда у тебя эти сведения?

— А вот это уже не ваше дело, госпожа Звягинцева, — я поправил воротник и направился к двери. — Если на этом всё, то я…

— Стой! — она схватила меня за руку и одним движением притянула меня к себе, прижав к пышной груди. — Успокойся, мальчик, я не хотела тебя обидеть. Мне просто интересно, что ты будешь делать, когда эта власть перейдёт в твои руки.

— С чего вы взяли, что это произойдёт?

— Ну как же, всё ведь к этому и идёт. Разве не так?

— Не знаю, я…

Она не позволила мне закончить фразу, впившись в мои губы жадным поцелуем.

«Диванчик у тебя за спиной, смотри не оступись, когда эта знойная красотка толкнёт тебя на него».

* * *

Кончено же, студия Лизы была намного больше, чем у её подруги из Нижнего Братска. Собственно, как Лида и говорила. Но Елизавета Бриз превзошла все ожидания для нынешнего интервью. Она собрала настолько большую группу, что люди чуть ли не выталкивали друг друга в камеру. Но каждый раз хватало одного лишь взгляда журналистки, чтобы те испуганно попятились.

Увы, снова интервью, снова поездка, снова я в центре внимания. Признаться, это начинало надоедать. Но что поделать? Если я решил, что светить лицом — необходимость и инвестиция в собственное будущее, то придётся потерпеть.

— Итак, — жизнерадостно начала Лиза, сидя напротив меня. — Сегодня у нас в гостях, уже в который раз, не побоюсь этого слова — современный герой, Максим Боярский! — и тут же начала аплодировать. За кадром её поддержало несколько человек, в основном женщины, так как моя стерва суккуба снова врубила «Очарование» чуть ли не на полную.

«Это кто ещё стерва⁈» — раздалось её негодование.

Ты, кто же ещё?

«Хм… согласна, я такая».

Вот и поговорили.

— Доброго дня, — я поклонился сперва Лизе, потом в камеру. Правда, я не знал, в какую именно, но думаю, что на монтаже разберутся. — Я тоже рад вас видеть. Елизавета.

— Боги, — наигранно вздохнула она, схватившись за грудь. — У меня столько вопросов. Мы не виделись всего несколько дней, но за это время вы успели сотворить просто неслыханное!

— Ну что вы, — смущённо улыбнулся я. — Это всего лишь моя работа.

— Да неужели⁈ — звонко рассмеялась та. — Вы скромничаете, Максим. И всё же, как так вышло, что…

Ну а дальше начались всё те же вопросы, на которые вы и так знаете ответы. Даже больше, чем кто-либо из моих знакомых людей. Поэтому просто пропустим эту скучную страницу.

* * *

— Господин Боярский? — тихонько обратился ко мне Константин, когда интервью закончилось. — Вы меня простите за вопрос, но вы точно уверены, что оно того стоит?

— Не понял? — я удивлённо уставился на него, а потом до меня дошло. Дело в том, что Лиза (ну, кто бы сомневался) пригласила меня к себе в гримёрку на разговор тет-а-тет. Естественно, я не отказался, хотя было такое желание, врать не буду. — Ах, ты про это, — улыбнулся своему дворецкому. — Прекрати, разве это плохо?

— С высоты своей колокольни и прожитых лет, могу с уверенностью заявить, что да, — хмыкнул он. — Понимаю, вы молоды, горячи и всё в этом роде. Но кто-то ведь из ваших… дам может воспользоваться своим положением.

— Насколько я знаю, они все этим пользуются, — я пожал плечами, теперь-то можно это делать свободно, и никто не мешает. — И я в том числе. Вы ведь сами говорили, что мне необходимо торговать своей персоной. А подобные… «разговоры» поспособствуют нам в будущем.

— С Елизаветой в том числе? — Константин изогнул бровь.

— Почему нет? — переспросил я. — Кто знает, какая именно помощь мне понадобится. Ты же не будешь отрицать, что наша жизнь полна нестандартными ситуациями?

— О, нет, конечно, — он слегка рассмеялся и вскинул руки. — Особенно в нынешнее время, — а после заговорил более серьёзным тоном: — Просто я хочу, чтобы понимали, что каждое действие имеет противодействие. И вы, как никто другой, должны просчитывать свои ходы наперёд.