Большая игра. Звезды мирового футбола

— «Когда речь заходит о Фрэнке Лэмпарде, с английской прессой начинает твориться что-то странное. Он — блестящий игрок, поэтому пресса хочет ему навредить».

Моуриньо говорит это отчасти для того, чтобы объединить своих игроков против всего мира. Все они достаточно наивны, чтобы поверить наставнику. Но, кажется, их тренер и сам искренне верит своим словам.

Британские газеты обожают теории заговора от португальца. Вместо репортажа о встрече двух прекрасных команд они в очередной раз пишут о Моуриньо. Но, возможно, его популярность связана с тем, что игрокам не доверяют и не разрешают говорить. Лицом и голосом клуба является тренер. Моуриньо в кашемировом пальто «от Армани» стал эмблемой «Челси». Он — великий и ужасный. Доминирующая личность английского футбола.

Кажется, владелец «Челси» Роман Абрамович от него устал. И дело не в результатах. Проводя матч за матчем, он остается, возможно, самым успешным футбольным тренером. Пересуды по поводу отставания «Челси» на шесть очков от «Манчестер Юнайтед» в турнирной таблице лиги скоро прекратятся. В мае следующего года португалец может записать на свой счет третий титул за три года. А «Челси» остается в Лиге чемпионов и в двух национальных кубках.

Проблема Моуриньо, скорее, в его характере. Негативный имидж португальца в Англии, связанный, скорее, с искусным футболом его команды и паранойей тренера, прилип к самому «Челси».

Теперь интриги против Моуриньо плетут другие представители клуба. Основная форма бизнеса в богатых странах — корпорация. Она способствует прозрачности, тем самым лишая силы заговорщиков. Но «Челси» — зверь другой породы. Структура власти тут почти никому не известна. Каждый из ближайшего окружения Абрамовича строит собственную империю: его российские советники, его агент в Израиле Пино Захави, исполнительный директор «Челси» Питер Кеньон, спортивный директор Фрэнк Арнесен, собственно Моуриньо. Они никогда не встречаются за одним столом. Решения принимаются кулуарно. В такой атмосфере невидимая рука может внезапно лишить тебя родного дома. Моуриньо знает, как это бывает.

Гленн Ходдл

Апрель 2008 года

«Эмммммм», — произносит Гленн Ходдл. После монолога, посвященного чемпионату мира 1998 года, который навсегда останется главным успехом в его карьере, он умолкает. «Единственная проблема, что сказанного тебе хватит, чтобы написать целую книгу. Ха-ха-ха-ха-ха, — он громко хохочет. — Мы обсудили такие вещи, о которых раньше я никому не рассказывал».

«Например, визуализацию?» — спрашиваю я.

«Да, и ее тоже. Я никогда не говорил о ней с репортерами настолько подробно. И даже не рассказывал так много о сборной Англии».

Журналисты любят слышать подобные вещи. Но уже слишком поздно. Десять лет назад я бы получил за это интервью кучу денег. К сожалению, сейчас Ходдл мало кому интересен. Перед встречей друзья говорили мне: «Как минимум ты выяснишь, придурок он или нет». Сегодня его имя воскрешает смутный образ странноватого английского тренера, пригласившего целительницу Эйлин Друри лечить травмированных игроков и свято верившего, что сборная Англии выиграет чемпионат мира 1998 мира. До тех пор, пока та окончательно не проиграла. Где Ходдл ныне работает? Все еще в «Вулфс»? Нет, сейчас он нигде не работает.

Он — Роберт Кеннеди английского футбола. Иногда американские либералы, лежа по ночам без сна, пытаются представить: что если бы 5 июня 1968 года в отеле «Амбассадор» в Лос-Анджелесе Сирхан Сирхан не застрелил Бобби? Скорее всего, он бы выиграл следующие президентские выборы у Ричарда Никсона, США прекратили войну во Вьетнаме и…

Если вы тоже так думаете, то вы сумасшедший. Точно так же мы не можем знать, что бы стало с английским футболом, выбери он путь Ходдла. Но иногда не думать об этом не удается. И самому Гленну тоже.

Как и остальные, я почти забыл Гленна Ходдла. Но в один прекрасный день он позвонил мне на мобильный. Через неделю мы сидели за столиком «Поло-бара» в отеле в Аскоте. Это шикарное место, расположенное в нескольких минутах ходьбы от знаменитого ипподрома. На улице холодно. Лужайку за окном украшают имитации греческих статуй.

Я не сразу узнал Гленна, потому что он поседел. Но и сейчас, в куртке без рукавов и красной рубашке, выглядит как спортсмен. Его знаменитые длинные ноги скрещены под столом. Мы заказываем капучино, и бывший тренер демонстрирует мне брошюру футбольной академии, которую пытается создать в Монтекастильо, в Испании. Образовательное учреждение даст второй шанс подросткам, которых не приняли в английские клубы. Ходдл считает, что сможет вернуть в профессиональный футбол 15–20% этих ребят.