Больше денег: что такое Ethereum и как блокчейн меняет мир

░ Ева разработала лекарство от одного вида рака, и производство необходимой дозы обходится в $500. Она может продать его за $1000, и тогда 50 000 больных смогут позволить себе лечение, или за $10 000, и тогда лекарство смогут купить 25 000 больных. Должна ли она продавать лекарство по более высокой цене? Что в этом случае получит общество: −25 000 жизней (включая прибыль Евы, которая компенсирует потери более богатых покупателей). Что получит Ева: доход в размере 237,5 миллиона долларов вместо 25 миллионов долларов, то есть ее выгода составит 212,5 миллиона долларов. Ева выставляет более высокую цену.

Конечно, во многих из этих ситуаций люди могут руководствоваться моральными принципами и выбирать сотрудничество, игнорируя собственную выгоду. Но с чего бы им это делать? Ведь мы созданы эволюцией – довольно эгоистичным механизмом оптимизации. Объяснений много, но сегодня мы сосредоточимся на одном из них, связанном с концепцией сверхрациональности.

СВЕРХРАЦИОНАЛЬНОСТЬ

Рассмотрим следующее описание нравственности, любезно предоставленное Дэвидом Фридманом:

Начну с двух наблюдений о человеческих существах. Первое: существует прочная связь между тем, что происходит внутри и снаружи их голов. Выражение лица, положение тела и множество других признаков дают нам хотя бы некоторое представление о мыслях и эмоциях наших друзей. Второе: наши интеллектуальные способности ограничены. Мы не можем рассмотреть все возможные варианты за время, отведенное для принятия решения. Если говорить на компьютерном жаргоне, мы – машины с ограниченной вычислительной мощностью, работающие в режиме реального времени.

Предположим, я хочу убедить окружающих, что у меня есть определенные качества – что я честен, добр, помогаю своим друзьям. Если у меня действительно есть эти качества, проявлять их легко – я просто буду делать и говорить то, что кажется мне естественным, не обращая особого внимания на то, как смотрюсь со стороны. Окружающие будут наблюдать за моими словами, моими действиями, выражением моего лица и делать достаточно точные выводы. Но, предположим, этих качеств у меня нет. Я (например) не честен. Обычно я поступаю честно, потому что это в моих интересах, но ради собственной выгоды я всегда готов сделать исключение. И теперь во многих конкретных ситуациях я должен выполнить двойной расчет. Во-первых, я должен решить, не подвернулся ли мне шанс украсть и не попасться. Во-вторых, я должен выдумать того человека, которым буду притворяться: его мысли, действия, выражение лица.