Большой план апокалипсиса. Земля на пороге Конца Света

Считается, поводом к ее вступлению в войну послужила личная обида Наполеона III на Николая I, поди ж ты, назвал его в письме «дорогим другом» вместо «дорогого брата», как было принято величать равных венценосных особ. Тут весьма любопытная деталь. Царя подбили на антифранцузский демарш австрияки с пруссаками, клятвенно заверившие Николая, что ни от прусского, ни от австрийского монархов выскочка Наполеон подобного обращения не дождется ни при каких раскладах. Царь клюнул и остался в одиночестве. «К сожалению, Пруссия, а за нею Австрия не сдержали своего обещания действовать заодно с Россией по отношению к Франции, — жаловался позже император своему верному фельдмаршалу Паскевичу. — Они признали Луи-Наполеона братом, чем вновь доказали, как мало можно полагаться на их уверения. Просто тошно…»

Нам остается лишь посочувствовать русскому императору. Не с теми он парнями связался…

Кроме вышеизложенных причин, Наполеону III не давали-де покоя противоречия вокруг церкви Рождества Христова в Вифлееме, связку ключей от которой православные с католиками дергали друг у друга буквально из рук. Французы, понятно, «крышевали» католиков.[472] Плюс якобы сказалось острое желание амбициозного племянника взять реванш за фиаско обожаемого дядюшки в 1812 г. И все?! И больше — ничего?! Тогда резонен вопрос: кто ж для кого таскал из огня каштаны?

К Крымской войне мы вернемся чуть позже, сейчас же отметим только, что в Великобритании новоиспеченным императором не нарадовались, еще бы, он же делал все как надо. Именно поэтому в самый разгар войны Наполеона III с помпой встречали в Лондоне. В том же году состоялось и вовсе примечательное событие, ответный визит королевы Виктории в Париж. Отметим, друзья, до этого столица Франции удостаивалась подобной чести лишь единожды, зимой 1431 г., когда в ходе Столетней войны английскому королю Генриху VI под сводами собора Парижской Богоматери были вручены корона и скипетр извечного континентального противника — Франции.[473] Надо думать, королева Соединенного Королевства и будущая императрица Индии, абсолютный рекордсмен по части пребывания на троне (63 года) и правительница, чьим именем назвали целую эпоху, ставшую для Британской колониальной империи периодом наивысшего расцвета, знала историю не хуже нас, друзья. Словом, если «бабушка Европы»[474] отправилась в Париж, то уж, поверьте, не просто так, по бутиковым галереям прошвырнуться. Это было весьма и весьма символичное событие.

Кстати, если уж на то пошло, Виктория, как вы понимаете, во Францию прикатила не одна. Борис Юркевич[475] рассказывает, с королевой французскую столицу посетила представительная компания. «Возглавлявший делегацию банкиров лорд-мэр Лондона, — пишет Юркевич, — вручил Наполеону III благодарственный адрес за «восстановление порядка». Адрес был подписан четырьмя тысячами английских банкиров, промышленников и коммерсантов. Все симпатии английского капитала были на стороне Франции, которая была намечена масонами, как орудие борьбы против России».[476]

13.6. Без лоха жизнь плоха…

Людовик-Наполеон слыл за карбонария; поэтому были шансы, что империя, во главе которой он станет, будет государством чисто масонским, а тем более если он получит власть от самих же масонов. Масонство не колебалось, предпочитая, конечно, такую империю республике, в которой оно не могло главенствовать.

А. Селянинов[477]